— У нас тут всё просто, — сказала Александра, заметив мой взгляд, — Неважно, кто ты — князь или сын сапожника. Важно, что ты умеешь и чего стоишь.
Она предложила мне сок и повела к удобным креслам у панорамного окна (хотя это скорее был гигантский экран), за которым виднелся подземный сад с фосфоресцирующими растениями.
— Скромное место, конечно, — небрежно заметила она, усаживаясь напротив, — Содержу на свои карманные расходы. Папа даёт немного, знаешь ли, на булавки.
«Ага, на гигантские золотые булавки размером с личный крейсер», — фыркнула Алиса у меня в голове, — «И на штат прислуги, которая эти булавки полирует».
— Знаешь, почему наше общество зашло в тупик, Семён? — продолжила она, становясь серьёзнее, — Потому что система прогнила. Демократия? Всего лишь популизм и грязные игры политиков, готовых на всё ради голосов. Даже завозить толпы мигрантов, разрушая собственную культуру. Аристократия? Право рождения даёт власть бездарям и лентяям, которые прожигают жизнь в праздности. Это путь к деградации.
— И что ты предлагаешь? Диктатуру талантливых? — я скептически приподнял бровь.
— Справедливую иерархию, — её глаза блеснули, — Систему, основанную на реальных заслугах и пользе для общества. Социальный рейтинг, если угодно. Одарённые, учёные, управленцы — те, кто двигает прогресс вперёд, должны быть у руля. А не болтуны-демагоги или избалованные отпрыски древних родов. Мы создаём элиту будущего, Семён. Элиту, основанную на таланте, воле и уме.
Эх-х-х… опять эти умные разговоры. Ладно, княжна, давай сыграем на твоем поле.
— Звучит красиво. На бумаге, — заметил я, — Но кто будет решать, кто «талантлив» и «полезен»? Ты? Твой клуб? И не превратится ли ваша меритократия просто в новую форму тирании, где несогласных будут списывать в «бесполезные»?
Александра улыбнулась — той самой улыбкой хищника, который ценит умную добычу.
— Достойные решают сами. И да, это будет иерархия. Справедливая. А несогласные… им всегда найдется место. Возможно, не на вершине, но место будет. Мы не изверги, Семён. Мы — реформаторы.
Она отпила сок и поставила бокал на столик.
— Но хватит о политике. Давай разберемся с твоим… аксессуаром.
Мы прошли в небольшую комнату, напоминающую одновременно и медкабинет, и лабораторию. Стены были увешаны экранами, в центре стояло удобное кресло, похожее на стоматологическое, а на столике рядом лежала шкатулка из перламутрового материала.
— Снимай рубашку и садись, — сказала Александра, открывая шкатулку. Внутри оказались тонкие иглы и кристаллы, соединенные мерцающими нитями. Она начала ловко собирать из них какую-то конструкцию, — Давай снимем эту мелочь с твоей спины.
— И что это за «мелочь» на самом деле? — спросил я, сняв рубашку и усаживаясь в кресло, — Не похоже на обычный пластырь от мозолей.
Александра тихо рассмеялась, не отрываясь от своего занятия.
— Какая проницательность! Это особое косметическое средство, технология Второй Эпохи. Уникальный состав, знаешь ли, отлично помогает от проблемной кожи, выравнивает тон, скрывает мелкие дефекты… Настоящая находка для тех, кто заботится о своей внешности.
— Э-э-э… что? — мне показалось, что я ослышался, — Хочешь сказать, это просто косметический пластырь?
— Я сама ими активно пользовалась лет в четырнадцать. У нас в роду есть старинная установка в подвале особняка. Никто толком не понимает, как она работает, но она производит эти диски. А то, что диск защищает от наших примитивных сканеров Третьей Эпохи… ну, это скорей всего просто побочный эффект технологии. Приятный бонус, не находишь?
«Косметическое средство⁈ Сеня, да я ей ни на грамм не верю!» — возмутилась Алиса, — «По первичным данным, эта штука имеет сложнейшую энергетическую матрицу! И состав там далеко не кремовый — редкие металлы, квантовые кристаллы… Я не верю, что это огуречная маска! Хотя кожа и правда выглядит намного лучше…»
— Очень… мило с твоей стороны, — процедил я, чувствуя, как закипает раздражение, — Заботиться о моей коже.
Она закончила собирать устройство — оно напоминало изящного металлического паука с тонкими иглами вместо лапок — и подошла ко мне со спины.
— А теперь не шевелись. Это быстро и не больно.
Она нажала кнопку в подлокотнике, на спинке кресла появилось широкое отверстие, открывающее доступ к моей спине. Княжна поднесла переливающуюся конструкцию ко мне, к месту, где находился диск.