— Она что-то почувствовала, — повторил я, но уже с большей уверенностью. — Она особенная, Алиса.
«Или просто сквозняк в аудитории,» — скептически заметила моя спутница. — «Но признаю, это любопытно. Очень любопытно.»
Момент был упущен. Надежда, вспыхнувшая было во мне, угасла. Я больше не пытался стучать или кричать. Это было бесполезно. Мы были заперты.
Я отошёл от стены и тяжело прислонился к противоположной, медленно сползая на пол. В голове была звенящая пустота.
— Ну что, босс, — Алиса опустилась рядом со мной, её голограмма села прямо на воздух, скрестив ноги. — Будем и дальше играть в мимов для ничего не подозревающей публики или поищем другую дверь?
Она права. Сидеть здесь и ныть — не вариант. Я поднялся, отряхивая пыль с джинсов.
— Пойдём, — сказал я, бросив последний взгляд на квантовое окно, за которым продолжалась обычная, скучная жизнь академии. — Уверен, это подземелье гораздо больше, чем мы думали…
Я уж было развернулся в сторону прохода, как вдруг боковым зрение уловил движение за квантовым стеклом.
— Погоди, босс! — раздался голос Алисы. — Посмотри, она с кем-то говорит.
Я снова прижался к прохладной поверхности «окна». Действительно, Кира не просто писала. Она чуть наклонила голову и что-то тихо произнесла, едва шевеля губами. Сидевший рядом с ней парень, высокий блондин в дорогом пиджаке, ответил ей так же тихо, презрительно скривив губы.
— Кто это с ней? — спросил я.
— Минуту… — Алиса сосредоточилась, её голограмма на мгновение подёрнулась рябью. — Виконт Велинский-младший, факультет боевой магии. Сын графа Велинского, члена попечительского совета академии. Любитель дорогих скиммеров и дешёвых интриг. По слухам, иногда крутится в компании Бориса Страхова. Презирает простолюдинов, даже природных Одаренных, с энтузиазмом, достойным лучшего применения.
— Ещё один, — я скрипнул зубами. — Что они там шепчутся? Можешь усилить звук?
— Попробую, — Алиса закрыла глаза, концентрируясь. — Электромагнитное поле здесь искажено из-за барьера, и я всё ещё слаба… Но… кажется, получается. Ловлю отдельные фразы…
В моей голове раздался треск статического электричества, а затем — едва различимый разговор, словно доносящийся из-под воды.
— … просто повезло, — голос Велинского был тихим, но полным яда. — Этот выскочка Ветров, наверняка, использовал какой-то грязный трюк. Или запрещённый стимулятор. Не может плебей победить Одарённого. Это нарушает все законы природы.
— А мне кажется, он просто оказался сильнее, — услышал я голос Киры. Она защищала меня! — Стеллингер был слишком самоуверен, Арсений. Он недооценил противника и поплатился. Дело не в происхождении, а в мастерстве.
— Мастерстве? — Велинский усмехнулся. — Какое мастерство может быть у выходца из сточной канавы? Он дрался как дикий зверь, а не как благородный воин. Грязно и… эффективно, вынужден признать. Но это ничего не меняет. Системе брошен вызов, и она должна ответить.
— Системе? — в голосе Киры прозвучали холодные нотки. — Может, эта система давно прогнила, если позволяет таким, как Стеллингер, издеваться над другими? Что он вообще забыл в столовой для простолюдинов? У аристократов есть своя, с официантами и без очередей…
— Осторожнее, Воронцова, — предупредил Велинский. — Такие речи могут дорого тебе обойтись. Граф Стеллингер не оставит это просто так. Он уже потребовал внутреннего расследования. Так что твоему… протеже, — он произнёс это слово с особым отвращением, — скоро придётся несладко.
Я сжал кулаки. Расследование… Этого ещё не хватало.
— А тебе-то что, Арсений? — спросила Кира. — Задета твоя аристократическая гордость?
— Моя гордость в порядке, — он пожал плечами. — Меня забавляет этот цирк. Но Борис… Тимур сказал мне, что он в ярости. Говорит, что этот Ветров — не просто выскочка. Что за ним стоит что-то большее. И что кристалл, который он украл…
Звук пропал, когда профессор, стоявший у доски, повернулся в их сторону и громко кашлянул.
— Виконт Велинский, сударыня Воронцова, я не мешаю вашей увлекательной беседе? Может, вы поделитесь своими мыслями со всей аудиторией?
— Простите, профессор, — Кира тут же смущённо опустила глаза, а Велинский лишь нагло ухмыльнулся.
Дальнейший разговор был уже невозможен.
— Ты слышала? — я повернулся к Алисе. — Кристалл… Они врут, что я его украл. И Борис Страхов что-то замышляет… Впрочем, он всегда что-то замышляет…