Он подхватил телефон и сунул в карман пиджака. Завтра. Не сегодня, но завтра он узнает, что происходит в московском офисе. Узнает, как она. И эта мысль, удивительным образом, придала ему сил.
Выходя из квартиры, Иван почувствовал, как внутренняя пустота, преследовавшая его последние месяцы, начинает заполняться чем-то новым. Не радостью, не надеждой — просто ожиданием. И этого, пока, было достаточно.
Глава 3. Угловая идея
Иван вошёл в стеклянное здание нью-йоркского подразделения «Заслона» быстрым, целеустремлённым шагом. Часы показывали, что до назначенной встречи оставалось почти двадцать минут, но его походка создавала впечатление человека, опаздывающего на важное совещание. Каждый шаг отдавался гулким эхом по мраморному полу вестибюля.
Сканер у турникета считал биометрические данные, и система приветствовала его стандартным «Доброе утро, мистер Мелихов». Иван поморщился от механического акцента, но промолчал.
В зеркальной поверхности лифта отразилось его лицо — бледное, с залегшими под глазами тенями. Внешне спокойный и собранный, внутренне он продолжал метаться между прошлым и настоящим. Желудок сводило от голода — утренний кофе был единственным, что он употребил за последние сутки.
На тридцать втором этаже Иван прошёл через просторное помещение с рабочими станциями. Несколько инженеров подняли головы от мониторов, кто-то махнул рукой в знак приветствия. Мелихов кивнул в ответ, не останавливаясь для разговора.
В отражении стеклянных перегородок он заметил, что узел галстука съехал набок. Машинально поправил его, хотя обычно избегал этого элемента одежды. Сегодня галстук казался необходимой броней — чем формальнее вид, тем меньше вопросов о его состоянии.
Иван свернул в коридор, ведущий к лабораториям. Каждый шаг приближал его к текущим задачам проекта, к цифрам и расчётам — к миру, где всё подчинялось логике, в отличие от хаоса эмоций, бушевавшего внутри.
Иван сел за свой терминал, ввёл пароль и открыл рабочую панель. Трёхмерная схема капсулы развернулась перед ним голографическим облаком формул и чертежей. Пальцы застыли над сенсорной клавиатурой. Он не просматривал проект, не анализировал, просто уставился в схему невидящим взглядом.
Голубоватое свечение экрана отражалось в его зрачках, но мысли блуждали далеко от инженерных решений. В голове настойчиво крутилось имя — Алёна. Алёна, которая всегда первой замечала ошибки в его расчётах. Алёна, чьи тонкие пальцы порхали над клавиатурой быстрее его собственных. Алёна, которая...
Мелихов резко откинулся назад, кресло скрипнуло под его весом. Одним движением руки он свернул голографический проект, словно отрубил воспоминание топором. Экран потемнел. Тишина рабочего пространства давила на барабанные перепонки.
— Всё в порядке, Айвэн? — голос Рамиреса возник неожиданно, заставив Ивана вздрогнуть.
— Да, просто пересматриваю концепцию тормозной системы, — соврал он, не глядя на коллегу.
Рамирес постоял ещё секунду, затем пожал плечами и отошёл к своему рабочему месту. Иван выдохнул. Снова активировал экран и заставил себя сосредоточиться на цифрах. Только цифры. Только формулы. Никаких имён, никаких воспоминаний.
Пальцы начали механически вводить параметры, корректировать расчёты. Работа — единственное, что могло заглушить пульсирующую боль в висках. Работа не задавала вопросов, не требовала объяснений, не напоминала о прошлом. Работа просто была — конкретная, осязаемая, не окрашенная эмоциями.
Утреннее совещание проходило в обычном ритме. Рамирес представлял результаты последних тестов тормозной системы, иллюстрируя их голографическими диаграммами. Джоан делала пометки в планшете, время от времени задавая уточняющие вопросы. Блейк, подключившийся по защищённому каналу, слушал с видимым нетерпением — миллиардер ценил только конкретные результаты, а не процесс их достижения.
Иван сидел в углу конференц-зала, молча наблюдая за происходящим. Его взгляд метался между экраном и собственными заметками. Внезапно он поднял руку, прервав монолог Рамиреса на полуслове.
— У меня есть предложение, — произнёс он твёрдо.
По залу прокатилась волна удивления. Несколько инженеров переглянулись.
Джоан приподняла брови:
— Мы вас слушаем, мистер Мелихов.
— Мне нужно пятнадцать минут и доступ к демонстрационной панели.
Блейк на экране подался вперёд:
— Это касается тормозной системы?
— Это касается всего проекта, — ответил Иван, поднимаясь с места.