Они свернули в боковой коридор, и Иван узнал место — здесь располагался их с Алёной кабинет, где они проводили долгие часы, создавая первые версии Протокола. Теперь на двери висела табличка "Серверная №4".
— Здесь было... — начал Иван.
— Знаю, — перебил Эмиль. — Многое изменилось.
Он провел карточкой по считывателю, и дверь открылась, впуская их в прохладное помещение, заполненное серверными стойками. Синие и зеленые индикаторы мерцали в полумраке, создавая почти гипнотический эффект.
— Я видел Алёну три недели назад, — внезапно произнес Эмиль, глядя на мерцающие огни серверов. Он сделал паузу, словно собираясь с мыслями. — По крайней мере, я думал, что видел.
Иван замер, вглядываясь в лицо Эмиля. Внутри всё сжалось от этих слов — "видел три недели назад". Но что-то в интонации Эмиля насторожило его.
— Где именно ты её видел? — спросил Иван, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
Эмиль нахмурился, потёр висок, словно пытаясь поймать ускользающее воспоминание.
— Вроде бы... между вторым и третьим корпусом. — Он замолчал, потом покачал головой. — Или нет... Может, в столовой.
Иван заметил, как Эмиль нервно сжал и разжал пальцы. Что-то здесь было не так.
— И что она сказала? О чём вы говорили?
Эмиль моргнул несколько раз, его взгляд стал расфокусированным, блуждающим. Лоб прорезала глубокая морщина.
— Я... не помню.
— Не помнишь содержание разговора?
— Нет, я... — Эмиль внезапно побледнел, его глаза расширились в осознании чего-то пугающего. — Я не могу вспомнить её голос. Вообще. Как будто... как будто я видел немое кино с её участием.
Он поднял взгляд на Ивана, и в этом взгляде читался неприкрытый страх.
— Иван, это ненормально. Я работал с ней три года. Каждый день слышал её голос, мы постоянно обсуждали проект. И сейчас... — Эмиль провёл рукой по лицу. — Я помню, что видел её, но не помню ни единого слова, ни интонации. Ничего.
Ивана пронзило холодное, пробирающее до костей ощущение, распространившееся по всему хребту. Что-то происходило здесь, что-то выходящее за рамки обычной корпоративной секретности.
— Это началось после внедрения последней версии Протокола? — тихо спросил он.
Эмиль медленно кивнул, глядя на мерцающие огни серверов, как будто они могли дать ответ.
— Возможно. Я не единственный, кто... замечает странности. Но об этом не принято говорить.
Иван бросил взгляд на мерцающие огни серверов, потом снова посмотрел на Эмиля. Его ум работал с бешеной скоростью, соединяя разрозненные фрагменты головоломки. Забытый голос Алёны, отсутствие чётких воспоминаний, нервозность коллеги — всё указывало на одно.
— Тебя могли "почистить", — произнёс он тихо, но твёрдо.
Эмиль отступил на шаг, его лицо исказилось смесью страха и недоверия.
— Ты думаешь, я...? — он запнулся, не в силах закончить фразу.
— Не ты. Тебе, — уточнил Иван, подходя ближе к серверным стойкам. Он провёл пальцами по холодному металлу. — Избирательное стирание памяти. Мы с Алёной теоретизировали об этом ещё на ранних стадиях проекта. Технология, которая может удалять определённые воспоминания, оставляя общую структуру нетронутой.
Эмиль замер, его дыхание стало поверхностным. Он смотрел на Ивана так, словно тот говорил на незнакомом языке, но каждое слово всё равно находило отклик где-то глубоко внутри.
Тишина между ними становится тяжёлой. Иван не злится — он просто уверен. Его глаза сканировали помещение, задерживаясь на каждой детали: расположение серверов, система охлаждения, тонкие провода, уходящие в стены. Он искал следы того, что могло превратить теоретическую концепцию в реальную технологию.
— Но это невозможно, — прошептал Эмиль, хотя в его голосе не было убеждённости. — Такая технология потребовала бы... — он осёкся, когда понял, что именно над этим они и работали последние годы.
Иван быстро достал из кармана планшет и активировал его. Несколько секунд спустя перед ними появилась трехмерная карта кампуса «Заслона» — старая версия, которую он сохранил перед отъездом в Нью-Йорк. Пальцы пробежались по экрану, увеличивая отдельные сектора, пока не остановились на одном конкретном участке.
— Вот, — Иван указал на обособленный комплекс зданий в дальнем углу территории. — Зона Ц-3. Если Алёна где-то есть — то там.
Эмиль подошел ближе, вглядываясь в схему. Его лицо напряглось, брови сошлись на переносице.
— Это биомедицинский кластер, — произнес он с нескрываемой тревогой в голосе. — Даже я туда не вхожу.