Он как раз добавлял сахар в чашку, когда к нему подошёл молодой инженер с азиатской внешностью.
—Добрый день, — обратился он к Ивану с дружелюбной улыбкой. — Заслон... is that something about elephants? Что-то про слонов, верно?
Иван поднял взгляд от чашки и, не моргнув глазом, ответил:
— Если вы слон — мы за вас. Полное прикрытие.
Инженер недоуменно моргнул. Несколько человек, стоявших рядом, обернулись, пытаясь понять, что происходит. Тишина длилась несколько секунд, пока кто-то из стоявших рядом — кажется, это был Рамирес — не фыркнул от смеха. За ним рассмеялся ещё один инженер, потом ещё один, и вскоре весь конференц-зал наполнился смехом.
Азиатский инженер протянул Ивану руку:
— Джин Ли. Кажется, ты не такой уж и страшный, как о тебе говорят.
Иван склонился над рабочим столом, вглядываясь в схемы системы торможения. Цифры и графики плыли перед глазами — уже третий час он пытался найти решение проблемы, которую команда Рамиреса не могла преодолеть месяцами. Краем глаза он заметил, как Джин Ли подключает к диагностической панели небольшое устройство цилиндрической формы с характерным синим индикатором на торце.
Что-то знакомое мелькнуло в сознании. Иван оторвался от расчётов и пристальнее посмотрел на прибор. Тонкий корпус из серебристого металла, асимметричные разъёмы, синий светодиод, мигающий с интервалом в три секунды — ни с чем не перепутаешь.
Модуль квантовой синхронизации. Точно такой же, как тот, что разрабатывали в «Заслоне» два года назад.
Мир вокруг внезапно поплыл, растворяясь в накатившем воспоминании.
...Лаборатория в Москве. Запах кофе и озона от перегретой электроники. Приглушённый свет. Алёна сидит за столом, сосредоточенно записывая что-то в блокнот. Очки съехали на кончик носа, она машинально поправляет их указательным пальцем, не отрываясь от формул. Светло-русые волосы собраны в небрежный пучок, несколько прядей выбились и падают на лицо.
— Если интегрировать функцию по всему диапазону, получим стабильную синхронизацию, — бормочет она себе под нос. — Иван, глянь, пожалуйста...
Она поднимает глаза — глубокие, серые, с тем особенным блеском, который появляется, когда она близка к разгадке очередной научной головоломки. Тонкие губы изгибаются в полуулыбке.
— Ты опять витаешь в облаках?
Иван моргнул. Лаборатория «Глобал скай» вернулась в фокус. Джин Ли стоял рядом, держа в руках тот самый модуль, так похожий на российскую разработку.
— Всё в порядке? — спросил Джин. — Ты как будто призрака увидел.
Иван потёр переносицу, прогоняя наваждение.
— Да, всё нормально, — ответил он, кивнув на устройство. — Интересный модуль. Где вы его взяли?
Вечерний Нью-Йорк раскинулся за панорамными окнами апартаментов, которые компания выделила Ивану. Сотни огней отражались в тёмных водах Гудзона, создавая иллюзию звёздного неба, опрокинутого в реку. Мелихов стоял у стекла, механически потягивая кефир из тяжёлого хрустального стакана, который нашёл в безупречно организованном баре.
Квартира поражала своей функциональностью. Умный дом среагировал на его появление мягким светом и идеальной температурой. Холодильник был заполнен продуктами, о которых Иван никому не рассказывал, но которые предпочитал. Кто-то проделал серьёзную работу, изучая его привычки.
— Приветствую, доктор Мелихов. Чем могу помочь? — прозвучал мягкий женский голос из динамиков, вмонтированных в потолок.
— Ничем, — буркнул Иван. — Отключись.
— Конечно. Активируйте меня, если понадоблюсь.
Он подошёл к кровати — огромной, застеленной бельём цвета слоновой кости. Сел на край. Матрас идеально прогнулся под его весом — ни слишком мягкий, ни слишком жёсткий. Разумеется, эргономический, с памятью формы и ещё десятком технологических наворотов.
Внезапно Ивана накрыло волной усталости. Не физической — душевной. Он не замечал её весь день, погружённый в новые впечатления, встречи, информацию. Теперь же, оставшись один в этой стерильной, идеально настроенной квартире, он почувствовал, как внутри разливается тяжесть.
Сколько прошло с момента вылета из Москвы? Двадцать часов? Тридцать? Он потерял счёт времени. Но дело было не в джетлаге. Дело было в пустоте, которая окружала его в этом технологическом совершенстве. Ни одной личной вещи. Ни одной мелочи, говорящей о том, что здесь живёт человек.
Иван достал телефон. Палец завис над контактами. Кому звонить? Родителям? Старым друзьям? Алёне?