Иван подошел ближе, рассматривая конструкцию на столе. Нейрошлем был модифицирован — дополнительные электроды, новые кабели, самодельный блок питания. Рядом лежал планшет с диагностической программой, показывающей стабильную синусоиду.
— Спасибо, — сказал Иван, положив руку на плечо Эмиля.
Тот вздрогнул, словно от электрического разряда. Его плечи напряглись, а затем медленно опустились. Он наконец повернулся, но взгляд скользил мимо Ивана — то на приборы, то на стену, то на собственные руки.
— Ты понимаешь, что мы делаем? — голос Эмиля звучал тихо, почти шепотом. — Это не просто эксперимент. Это...
Он замолчал, не находя нужных слов. Пальцы нервно постукивали по краю стола — один-два-три, один-два-три — как метроном, отсчитывающий последние минуты.
— Я всё проверил трижды, — продолжил Эмиль после паузы. — Система должна выдержать нагрузку. Но то, что ты собираешься сделать...
Он снова замолчал. Взял нейрошлем, повертел в руках, словно видел его впервые, и положил обратно на стол с преувеличенной осторожностью.
— Может, есть другой способ? — в его голосе слышалась надежда. — Мы могли бы попробовать внешнее воздействие, или...
Иван покачал головой, и Эмиль осекся. Он наконец поднял глаза — в них читался страх, смешанный с восхищением и чем-то похожим на вину.
— Я запустил диагностику системы, — сказал Эмиль, снова отводя взгляд. — Всё работает стабильно. Но я не могу гарантировать...
Он не закончил фразу, но и так было ясно. Никаких гарантий. Только расчеты, вероятности и надежда на то, что технология, созданная для контроля над разумом, не уничтожит его создателя.
Иван подошел к креслу, провел рукой по металлическим подлокотникам. Холодная сталь отозвалась легким гудением — система ждала. Он оглянулся на Эмиля, который стоял у консоли, низко опустив голову. Пальцы программиста бегали по клавишам, выполняя последние настройки, но Иван видел, как они дрожат.
— Если я не вернусь — ты знаешь, что делать.
Слова повисли в воздухе. Эмиль не поднял головы, не ответил. Только его пальцы на мгновение замерли над клавиатурой, а потом продолжили свой танец с удвоенной скоростью. Плечи напряглись, стали жесткими, как будто он пытался удержать что-то внутри.
Иван сделал шаг к нему. Положил руку на плечо. Ткань рубашки под его ладонью была влажной от пота. Эмиль наконец поднял глаза — красные, воспаленные от недосыпа и напряжения. Во взгляде читалось всё: страх, восхищение, вина, решимость.
Кивок. Едва заметный, но в нём была вся сила клятвы. Не нужно было больше слов.
Иван убрал руку. Эмиль вернулся к терминалу, его пальцы теперь двигались с механической точностью. Система загружалась — на мониторах вспыхивали и гасли индикаторы, графики пульсировали как сердцебиение.
Иван отошел от Эмиля и направился к своей сумке, лежавшей в углу комнаты. Движения были размеренными, словно он выполнял давно отрепетированный ритуал. Расстегнул молнию, запустил руку во внутренний карман и извлек флешку — маленькую, неприметную, с потертым корпусом. Ничто в ее внешнем виде не выдавало истинной ценности содержимого.
Он вернулся к терминалу и вставил флешку в порт. Система мгновенно распознала устройство, на экране появились строки кода и диалоговое окно.
— Что это? — Эмиль прищурился, глядя на монитор.
— Моя страховка, — ответил Иван, запуская проверку контрольных сумм. — Чистая версия ядра Протокола. Та, которую я создал до всех корпоративных модификаций.
На экране замелькали цифры и символы — система сравнивала файлы, проверяла целостность кода. Иван следил за процессом с напряжённым вниманием, словно от этих строчек зависела его жизнь. В каком-то смысле так и было.
— Ты хранил это всё время? — в голосе Эмиля звучало удивление, смешанное с восхищением.
Иван кивнул, не отрывая взгляда от экрана.
— Всегда делаю резервные копии. Профессиональная привычка.
Проверка завершилась — все контрольные суммы совпали. Код был чист, не поврежден, готов к использованию. Иван выдохнул с облегчением.
— Если со мной что-то случится, — сказал он, извлекая флешку и протягивая её Эмилю, — это будет мой второй "я". Используй его, чтобы вытащить Алёну.
Эмиль взял флешку, взвесил её на ладони, словно оценивая не физический вес, а тяжесть ответственности, которую она представляла.
— Надеюсь, до этого не дойдёт, — сказал он, пряча флешку во внутренний карман рубашки, ближе к сердцу.