— Думаешь, он здесь?
— Сто процентов. Только не могу понять, зачем ему, ей или этим людям надо, чтобы мы притворялись влюбленной парой?
У меня не было ответа на его вопрос. Удерживая на лице легкую улыбку, я еще раз обвела внимательным взглядом гостей.
— Бессмыслица какая-то. Для кого этот спектакль? Может, стоит рассказать Нандо и Табите? Это избавит нас от необходимости врать самым близким.
Раймэ обошел меня и взял со столика бокал, ненавязчиво поворачиваясь лицом к собравшимся. Теперь и его взгляд задумчиво скользил по гостям.
— Чем больше людей вовлечено, тем сложнее будет удерживать контроль над ситуацией. К тому же мы не знаем, с кем имеем дело. Уверена, что хочешь впутать в это брата?
От того, каким тоном он это произнес, стало не по себе. Раймэ был холоден и собран. Я не привыкла видеть его таким. Обычно он заводился с пол-оборота и начинал метать в меня огненные искры. За последние два дня мне не в первый раз пришла в голову мысль, что Раймэ так вел себя только со мной.
Мы решили пройтись по гостям и последить за их реакцией: возможно, кто-то выдаст себя невольным взглядом. Раймэ поставил бокал обратно на столик и уже сделал шаг в сторону, как его телефон громко завибрировал.
«Если представление будет плохим, я верну зрителям билеты».
Я хмыкнула, перечитывая сообщение.
— Считаешь, это еще дружеская угроза или уже нет?
Раймэ запихнул телефон в карман фрака и показал мне на лестницу.
— Пойдем.
— Подожди, а гости?
— Жених и невеста сбегают с собственного приёма на четверть часа? По-моему, это сыграет на руку нашей легенде.
Как только гостиная скрылась из виду, Раймэ так ускорился, что я с трудом за ним поспевала. Он двигался по коридору широким шагом, а полы его фрака развевались в воздухе. Мне оставалось только бежать следом, громко цокая каблуками. Что-то я не уловила момент, когда полковник стал главным в нашей недружной команде. На полном ходу Раймэ влетел в комнату и махнул рукой:
— Запуская своего экспериментального ассистента.
— Хватит командовать, — огрызнулась я, одновременная включая Мишу.
Мы дали ИИ последнюю информацию, Миша на несколько секунд зависла, а потом выдала:
«Это шантаж. Он угрожает раскрыть вас».
Раймэ пренебрежительно фыркнул:
— Спасибо, мы догадались. Как нам лучше поступить?
Миша совсем по-человечески начала ходить взад-вперед, имитируя глубокую задумчивость. Я же сверлила полковника недовольным взглядом. Обращаться к чужому ассистенту напрямую считалось дурным тоном, но Раймэ, похоже, плевать хотел на приличия.
«Я рекомендую следовать указаниям неизвестного».
— А как же главное правило — не давать шантажисту то, чего он хочет? — Раймэ вскинул голову, скрещивая руки на груди.
«В данном случае у вас с неизвестным есть совпадение интересов: вы тоже не хотите быть раскрыты. Поэтому пока этим правилом можно поступиться. Но только пока».
— И что теперь? Мне встать в центре гостиной и признаться в любви?
«Танец будет лучше. Я проанализировала личностные характеристики гостей. Большинство может посчитать публичное признание в любви чересчур театральным».
Опять этот танец, вот заладила! Раймэ явно хотел возразить, но так и не смог придумать никакой альтернативы. Кивнув, он сказал, что предупредит Мелитто. Мы уже собрались вернуться вниз, но Миша остановила нас.
«Стойте».
Мы повернулись.
«Танцуйте».
Мы с Раймэ обменялись недоуменными взглядами.
«Покажите, как вы будете это делать».
— Как и все, Миша, — я раздраженно выдохнула. — Я умею танцевать. Думаю, полковник тоже.
«И всё же я настаиваю. Лучше недостатки увижу я, чем ваш недоброжелатель или Нандо с Табитой».
После короткого спора мы с Раймэ были вынуждены согласиться с доводами ИИ. С другой стороны, какая разница? Потанцуем здесь, потом там. Это же просто танец, какие могут быть проблемы?
Проблемы начались практически сразу. Мы стояли с Раймэ друг напротив друга и, ну… просто стояли. Никто из нас не решался пошевелиться. Между нами втиснулась голова Миши. Она окинула нас изучающим взглядом.
«Эта рука на талию, эта на плечо, эта...».
— Мы знаем, Миша! — я вскинула ладонь, заставляя ее замолчать.
Я никогда в жизни не касалась этого мужчины. Мы даже за руку ни разу не здоровались, потому что умудрились поругаться в сети еще до личного знакомства. А когда пересеклись на первом совместном совещании, просто проигнорировали друг друга. Казалось бы, касание. Такая мелочь. В течение дня мы дотрагиваемся до многих людей — случайно или нарочно. Тогда почему именно с Раймэ это вдруг стало иметь такое значение?