На крик Дмитрия, эхом разнёсшийся по открытому пространству опен-спейса, прибежал Денис — его коллега по отделу экзорцизмов и отладки демонических протоколов. Денис был высоким, худощавым парнем с татуировками в виде пентаграмм на предплечьях, которые слегка светились под рубашкой с логотипом компании. Увидев недовольное выражение лица друга — брови сведены, губы сжаты в тонкую линию, — он не удержался и натянул самую глупую, кривоватую улыбку, какую только мог изобразить. Он был новеньким, но всё схватывал на лету.
— Ты такой недовольный, словно тебя чертёнок укусил! — хохотнул Денис, пытаясь разрядить атмосферу, но его голос дрогнул от лёгкого напряжения. В InternalCorp такие "мелкие инциденты" случались часто: демоны низшего уровня иногда просачивались через порталы в серверных комнатах.
— Не укусил, а лишил обеда… — проворчал Дмитрий, скрестив руки на груди. Его дошик — любимый, с острым вкусом "адского чили" — был заботливо заварен всего пять минут назад, и теперь от него не осталось даже запаха. — Не дуйся. Го в столовую? Там сегодня свежие суши с суккубским соусом.
Дмитрий вздохнул, его плечи расслабились, а лицо смягчилось — злость ушла, сменившись лёгким раздражением. Он встал с кресла-мешка, которое с шипением вернулось в исходную форму, и они с Денисом направились к лифту. Но вдруг над их головами послышались странные звуки: влажные, чавкающие шлепки, словно кто-то жевал что-то липкое и хрустящее. Парни замерли и синхронно подняли головы.
На потолке, цепляясь когтистыми лапами за вентиляционную решётку, полз бледный, тощий человекоподобный силуэт. Его кожа была мертвенно-белой, как свежий снег под лунным светом, а волосы — длинные, спутанные пряди того же цвета, слипшиеся от какой-то слизи. Он передвигался рывками, словно ящерица на горячей сковороде: дёрг-стоп, дёрг-стоп, оставляя за собой следы чёрной жижи, которая шипела, соприкасаясь с металлом. Но самое жуткое было на его животе: там "красовался" огромный, пульсирующий рот с несколькими рядами острых, как бритвы, зубов, из которых капала слюна, смешанная с остатками лапши от дошика. Зубы щёлкали, пережёвывая последние крошки, и из пасти вырвался довольный чавкающий звук.
— Эта скотина и схомячила мой дошик! — нарушил тишину Дмитрий, его голос дрожал от смеси ужаса и гнева. Липкий страх сковал воздух, заставив волосы на затылках встать дыбом. — И, кажется, это был вовсе не чертёнок… Это какой-то глабр из нижних измерений!
Парни не стали медлить. Они сконцентрировались, втянув воздух носами, и их кожа засветилась изнутри — золотистым, пульсирующим светом, исходящим от рун, имплантированных под кожу ещё на стажировке в InternalCorp. Дмитрий выставил ладонь вперёд, бормоча древнеарамейские слоги, а Денис сжал кулаки, вызывая эфирные нити. Несколько магических сфер — ярко-оранжевых, шипящих от жара — сорвались с их пальцев и полетели прямо в зубастую пасть твари, оставляя за собой искры и запах горелой серы.
…Монстр врезался в стену из смарт-стекла, оставив на нём паутину трещин, из которых потекла вязкая чёрная кровь. Она шипела, разъедая покрытие, и пахла тухлой серой с привкусом дошика. Тварь дёрнулась ещё раз, пытаясь встать на когти, но тело её начало таять, словно лёд под солнцем: кожа пузырилась, рот на животе захлопнулся с мокрым «чпок», и всё существо сжалось в комок слизи размером с кулак. Комок подпрыгнул, будто мячик, и юркнул в вентиляционную шахту, оставив после себя лишь вонь и лёгкое дрожание воздуха.
Дмитрий выдохнул, опуская руки. Свет под кожей угас, руны потухли. Он пнул кресло-мешок, которое всё ещё хранило форму его задницы.
— Не дадут расслабиться! Потусторонние свиньи…
Денис кивнул, отряхивая плечи. Когти оставили на рубашке четыре аккуратные дыры, сквозь которые просвечивала кожа, покрытая инеем. Он провёл ладонью — иней растаял, оставив красные следы.
— Слушай, — сказал он, глядя на Дмитрия, — а откуда у тебя этот символ на груди?
Дмитрий замер. Под расстёгнутым воротом рубашки виднелся татуированный знак: переплетённые змеи, обвивающие разбитое сердце, в центре которого — крошечная эмблема InternalCorp. Он быстро застегнул пуговицу.
— Да ладно тебе, Радий! — Денис поднял руки, будто сдаётся. — Сильно личная тема?
Дмитрий хмыкнул, но глаза его потемнели.
— Ну такая себе… не самая приятная… связанная с любовными отношениями. — Он отвернулся к окну, где за стеклом плыли облака, подсвеченные неоновыми вывесками города. — Теперь я не доверяю людям на сто процентов.