Мы побежали к лифту. Лора нажала на кнопку. Двери закрылись. Лифт начал подъём. Вой сирены раздавался даже внутри кабины, из-за установленных там динамиков. Противному визжащему звуку периодически на смену приходил механический голос: «Нарушители внутри! Всем быть начеку!»
- И как они узнали, интересно? – старался перекричать сирену Вадим.
- Скорее всего сигнализация, сработавшая на открытие сейфа. – Крикнула Лора. – Но я не уверена! Эти сектанты очень подозрительны! До паранойи!
- Давай активируй! – обратился Вадим ко мне.
- Не получится! – Крикнул я в ответ.
- Почему?
- Нужно соблюсти условия!
- Какие ещё, нахрен, условия?
Я промолчал в ответ, потому что знал, что ответ его не устроит. Двери раскрылись на знакомой площадке. Как раз в этот момент мимо лифта проходило двое легионеров. Один из них в последний момент заметил открывшиеся двери и развернулся, целясь в проём. Второй же среагировал запоздало. Раздались выстрелы. Сектанты упали на пол сражённые автоматными очередями. Наша команда была быстрее и проворнее. Мы вчетвером выскочили из лифта и, перешагнув тела, бросились к выходу.
По пути нам встретилось ещё несколько врагов, оказавшихся более проворными, чем их собратья. Однако, причинить нам урон не смогли. Они мазали, словно у них синдром штурмовика из тех же Звёздных войн. Мы же в ответ свалили их наповал. Мне не хотелось прибегать к столь радикальному насилию, но деваться было некуда. Ещё сильнее мне не хотелось перезапускать день по новой!
Наконец мы добрались до центрального фойе, где располагалась стойка Номернации. Там за перевёрнутыми стульями пряталось двое врагов. Как только мы показались, они открыли по нам огонь. Мы бросились в рассыпную и тоже укрылись кто за стойкой, кто за стульями. Ответный огонь. Перестрелка. Я обошёл их сбоку, выводя на себя. Сектанты принялись палить по мне. С другой стороны, им в тыл зашла Света и последовательной очередью нейтрализовала всех.
- Быстрее, выходим! – Скомандовала Лора. Мы бросились ко входу. Ещё немного и мы были бы уже снаружи. Но вдруг позади раздалось несколько одиночных выстрелов. Они попали Свете в спину, благо броня защищала и сзади. Но всё же девушка вскрикнула от боли и пошатнулась. Я обернулся и увидел трусливого дежурного, который недавно получил оплеуху от Лоры. Он стоял, победоносно целясь в нас из пистолета, похожего на маузер времён войны.
- Получае шиши шпийоны! – Крикнул он и ещё раз нажал на спуск. Но в этот раз оружие заклинило. Лицо парня сделалось удивлённо-глупым. Он передёрнул затвор и готов был снова стрелять, но отлетел за стойку под градом выстрелов. Стреляли я и Вадим. Лора подошла к придурку и закончила его мучения. Вадим же подхватил Свету под руку и помог ей подняться. Та простонала. Из руки девушки текла кровь. Но рана похоже была не критичной. Пуля прошла по касательной.
- Дышать больно! – Выдохнула девушка. – Похоже ребро!
- Держись! Ещё немного! – Попытался успокоить девушку Вадим. – Снаружи ещё двое и танк! Так что действуем быстро!
Лора кивнула и открыла дверь пропуском. Мы выбежали на улицу, и меня ослепил яркий солнечный свет после давящих помещений канцелярии.
- Кто это у нас тут! Вы посмотрите – дившпионы! – Голос был знаком мне. Когда пелена перед глазами рассеялась стало понятно кому он принадлежит. Тому бледному сектанту, который постоянно ошивался у магазина и раздавал листовки вместе со своим товарищем. Только теперь он мало походил на себя прежнего. В этот раз он был одет в бордовую военную униформу, похожую на офицерскую. Парень стоял, широко расставив ноги в чёрных кожаных сапогах, держа руки в перчатках перед собой. В руках у него блестел такой же маузер. На лице сектанта играла ехидная улыбка, а за спиной его два отряда штурмовиков, закованных с ног до головы в массивную броню алого цвета. Все как один целились в нас. – Бросайте оружие, поднимите руки вверх, и я гарантирую вам справедливый полевой суд!
Я не хотел этого делать, как и Вадим, но взглянув на Лору, увидел, как она кивнула мне. Мы бросили оружие и подняли руки.
- Прекрасно! А теперь позвольте представиться – легат Аврелий Тит к вашим услугам (он произнёс это с таким бахвальством, что мне стало тошно). А это (указал на штурмовиков позади) алые центурии. Как вам?
Мы молчали, пренебрежительно глядя на него. Света постанывала. Сектант же продолжал упиваться своими речами: