- Получилось! – Победно прокричал я, окинув взглядом салон машины. Все присутствующие – кроме Вадика - словно загипнотизированные смотрели на это действо. Гудение нарастало, ускорялось. Свет уже заполнял собой всё вокруг, он начал мерцать. И в каждом мерцании этого загадочного свечения мозг пронзала вспышка воспоминаний. Мы снова едем втроём. Вадим и Света ругаются. Вадим выруливает на встречку. Что-то происходит. Мы в полёте. Будто гравитации не существует. Цвета померкли.
- Держитесь! – Услышал я издали голос Вадима. Мы приближались к оцеплению. Мне казалось, что сейчас я очень далеко. Меня уносило, затягивало. Коробка раскрылась и внутри я увидел светящийся кристалл правильной формы. Внутри него я слышал голоса:
«Контур замкнут, но похоже в этот раз снова неудача!» - Сухо произнёс один из голосов.
- Аааа! – Раздался унисон голосов, слившихся в едином крике. В этот самый момент мы протаранили оцепление из двух внедорожников и, судя по звуку взрывающихся шин, проехались по «ежам». Нас повело и БМВ принялось кувыркаться. Полёт, мир вращался с бешенной скоростью. Затем наступила темнота. Видимо я потерял сознание. Сколько прошло времени я не знал, но всё же пришёл в себя. Я лежал на мокрой дороге, с неба лил дождь, сверкала гроза. В лицо бил свет от фар внедорожников, рядом лежали искорёженные останки БМВ.
Я попытался встать, но не смог, руки и ноги были крепко связаны. Остальных нигде не было видно. Голова раскалывалась, в ушах звенело. Видимо сотрясение.
- Ну здравствуй, грёбанный нюх! Я так давно тебя жду! – Услышал я знакомый голос. Передо мной появились пухлые ноги, облачённые в тёмные штаны. – Поднимите его!
Меня грубо подняли и усадили на землю. Я почувствовал обжигающую боль в предплечье, дышать было больно, меня тошнило. Рядом, не шевелясь, лежали Света и Вадим. Лоры нигде не было видно. Чуть дальше навзничь распластался Евстратьич.
Передо мной на корточки присел Зотов, одетый в униформу сектантов, и улыбнулся.
- Ты думал, что сможешь увернуться от нас? – Ехидно вопросил он.
- Зачем? – Еле слышно спросил я.
- Что значит «зачем»?! – Искренне удивился бывший лейтенант. - Тебе нужна мотивация? А вот тебе мотивация: когда-то я был на твоём месте и пытался выбраться снова и снова, и снова. Много раз! Ты даже себе представить не можешь сколько. Но с каждым разом терпел неудачу. Перезапускался и начинал всё сначала. Так же как ты!
Зотов поднялся на ноги и принялся расхаживать влево-вправо.
- Я перепробовал всё! ВСЁ! Только соперники мои были другими! Но в тщетных попытках найти выход отсюда, я сталкивался с неудачами. Боже, ты бы знал, сколько раз я был близок к отчаянию, к безумию. Я всё пытался понять логику этого места, правила. А когда узнал о кубе, будь он неладен, понял, что смогу выбраться. И, также как и ты, я пытался спасти не только себя, но и девушку. – Он подошёл к лежащей Свете и погладил её по голове. – Но как бы я ни старался, я не мог спасти её, как и себя. Меж тем годы шли. Здесь время конечно течёт по-другому. Благо я, как и ты особенный и старею намного медленнее, в отличии от других бедолаг, запертых здесь. Например, возьми этого придурка. – Он подошёл к телу Евстратьича. – Думаешь, это просто бомж? Нет! Когда-то мы с ним были друзьями в реальном мире, а попав сюда, он вынужден был проживать псевдожизнь снова и снова, пока не поехал кукухой и не превратился в полоумного, забавного старичка.
Зотов покрутил пальцем у виска.
- Это место на таких как мы с тобой действует слабее чем на остальных. И мы можем оставаться в здравом уме и твёрдой памяти очень долго. – Его голос преобразился, теперь это был уже не тот забавный лейтенант, а словно кто-то другой. – В общем, буду краток, потому что скоро перезапуск: моих попыток было бессчётное множество, пока я искал логику в этом месте. Но как только я понял - смысл в том, что его нет, а всё это просто садистская тюрьма, мне сразу, знаешь, как-то полегчало что ли. И тогда я начал веселиться! Ой, что я только с ними не делал. Как только не развлекался. Евстратьич не даст соврать! Да, Евстратьич? А, он помер. Невообразимое веселье. Может это и свело его с ума. Кстати, Евстратьичем его я назвал. Раньше он носил другое имя. Но оно ему не шло. И я заставил его принять новый облик и имя, которые ему подходят.
- Как? – только и смог вымолвить я, почувствовав во рту металлический привкус.