— Три полёта — это средняя норма для космонавта, находящегося в профессии от десяти до пятнадцати лет, — вставил Дмитрий.
— Это большой срок и всего три полёта, — уточнил Алексей.
— Ну, многое зависит и от того, сколько длится твоя экспедиция, иногда это может быть год, и сколько после времени ты проведёшь, чтобы восстановиться, ведь по прилёту твои мышцы успевают атрофироваться, — ответил Дмитрий.
— И это с учетом того, что спортом мы занимаемся не меньше двух часов в день, — дополнила Эмили. — Ну а вообще, много времени занимает подготовка к экспедиции. Двадцать семь месяцев учебы.
Я оглядела Дмитрия. Его формы действительно говорили о том, что он потрудился. Он поймал мой взгляд и улыбнулся, и я в смущении отвела глаза.
— А что было самым запоминающимся? — задала я вопрос.
— Для меня это прыжок с парашютом, — ответила Эмили.
— А для меня — сурдокамера, — добавил Майкл. — Это когда тебе одному нужно просидеть сутки в закрытой комнате.
— Не спать шестьдесят четыре часа и при этом выполнять задания, — вставил Такуми. — Для меня лучше бы десять раз с парашютом прыгнуть.
— А я брал с собой гитару, чтобы не уснуть, — проговорил Дмитрий.
— Ну что, может пора расходиться? — предложила Эмили. — А то завтра, чувствую, вам предстоит нелёгкий день. — И обращаясь ко мне. — Пойдём, я провожу.
И я последовала за девушкой.
Эмили помогла мне заплыть в спальный мешок, пристегнула, и пожелав спокойной ночи, удалилась. Моя первая попытка заснуть в невесомости удавалась с трудом, ведь опоры под собой ты не чувствуешь, вот и висишь в позе эмбриона. Наверняка, мечты Эмили помыться и поспать на нормальной кровати, теперь и для меня станут мечтами. Странно, как обычные, обыденные вещи или действия начинают казаться тебе чем-то недостижимым или становятся для тебя мечтой, когда тебя этого лишают. И как в обычной жизни мы попросту не обращаем на это внимания. Через время усталость всё же взяла своё, и я отключилась.
Глава 7
Я проснулась, вокруг никого. Выбравшись из спального мешка, я отправилась на поиски команды, кое-как влетев в первый модуль, я обнаружила, что никого нет. Нахмурившись, я крикнула: «Ребята, вы где?» Но никто не отвечал. Тревога начала окутывать меня, и я поспешила в другой отсек. От того, что я начала спешить, меня начало кидать из стороны в сторону. «Так, успокойся», — сказала я себе, пытаясь утихомирить стук сердца. Я влетела в другой модуль и обнаружила Эмили, она была без сознания. Добравшись до девушки, я проверила пульс. За стуком своего сердца, отдававшимся в уши, я не сразу его нащупала. Девушка жива, но без сознания. Рядом я обнаружила Майкла и Такуми, у них я также проверила пульс. А где же моя команда? Добравшись до другого модуля, я нашла Ли в таком же состоянии. Это был обзорный модуль, в котором я была вчера. В иллюминатор я увидела Землю и жёлтые всполохи. Я приблизилась и поняла, что это взрывы. Я начала кричать и бить руками в стекло, слёзы лились у меня из глаз. Но я не в силах была остановить эти взрывы, и они продолжались до тех пор, пока вся планета не взорвалась. Я развернулась и увидела Алексея, который смотрел прямо на меня. Он один не был без сознания, хотя нет, я не нашла Дмитрия.
— Что случилось? — прошептала я, глядя на Алексея.
— Ты не успела! — ответил он.
Проснулась я в холодном поту, открываю глаза, а перед ними висят мои руки. Поначалу я даже немного испугалась того, что я нахожусь в мешке и спросонья начала яростно пытаться выбраться, преодолевая сковывающее движение мешка.
— Погоди, я помогу, — раздался рядом голос Дмитрия, и мужчина начал помогать мне выбраться. Как только я освободилась, я кинулась на шею мужчине и крепко его обняла. Со мной такое впервые, но мне сейчас как никогда нужна была поддержка. Дмитрий ничего не сказал, наоборот, я почувствовала, как мужчина обнял меня в ответ. Я подняла голову, и наши взгляды встретились. Не знаю, сколько бы мы так простояли, но позади я услышала покашливание Эмили, и мы тут же отпрянули друг от друга.
— Настя просто не могла выбраться из спальника, и я помог, — начал оправдываться Дмитрий.