Насрать.
Я прошел по трупам к Черной башне, злобно зыркая по сторонам и ежесекундно ожидая какого-нибудь подвоха, вроде припрятанных под трупами противотанковых мин. Но мин не оказалось, что в общем-то было очень подозрительно. Тогда я стал искать вход в башню. Но очень быстро понял, что чего-то не понимаю. Потому что какие-либо признаки дверей и окон на монолитной черной конструкции отсутствовали напрочь. Я очень сильно разозлился, но тут вдруг половину площади накрыла громадная черная тень. Сука, ща ливанет нахуй! – подумал я, а потом вспомнил, что в Аду в принципе воды-то и нет. Я с сомнением посмотрел вверх: какой-то темный силуэт постепенно увеличивался в размерах и становился больше, по мере приближения к площади. Издали можно было решить, что это какой-то самолет необычной конструкции, с которым в воздухе произошла авария. За «самолетом» шел устойчивый огненный шлейф, и он пикировал перпендикулярно вниз. Но уж я-то знал, что это никакой не самолет. С каждой секундой очертания чудовищной гротескной твари все отчетливее и отчетливее впечатывались в сетчатку зрительных органов, детализируюсь в отнюдь не симпатичную для глаза картинку. Когда до площади оставалось метров сто, «самолет» внезапно раскрыл 6 огромных кожистых крыльев, и падение мгновенно остановилось.
Площадь обдало ураганным порывом ветра такой силы, что трупы разметало по сторонам. Ну а я даже не шелохнулся с места, а только злобно прищурился и харканул. «Самолет» злобно оскалился разнокалиберным набором клыков. Я брутально хрустнул шеей, рогатая мразь свернула крылья и эпично спикировала вниз. Чудовище с четырехэтажный дом рухнуло на площадь. От места падения поднялось большое облако пыли, а когда оно рассеялось, то из небольшого кратера вышел высокий тип. Издалека его можно было бы принять за человека. Сходство усиливало расстегнутое нараспашку длиннополое пальто с закатанными рукавами, черные штаны с кучей карманов и высокие берцы. Но стоило бы ему приблизиться, как сразу становилась понятна его нечеловеческая природа. Вот уже брутальная прическа состоит вовсе не из волос, а из загнутых назад костных выростов. На месте бровей две гряды мелких шипов. А в двух глубокого посаженных в череп глазницах пылают вселенской ненавистью два огненных вертикальных зрачка. Мускулистые предплечья покрывают вовсе никакие не татуировки, а вырезанный на серой коже сатанинский узор из шрамов.
Оливьер Кромвель, Князь Тьмы верхнего инфернального плана Нессус, уровень 100 – главный босс секретного уровня инстанса «центральный психический диспансер г. Балтимор» - «Ад Балтимора» (тиран, зверский садист, беспринципный маньяк, жуткий истязатель, помешанный психопат, закоренелый мясник, утонченный каннибал и просто неприятный тип).
- Ну как, насекомое, ты готов к красочной экскурсии по обители боли и страданий?
- А можно вопрос? – спросил я.
- И что же ты хочешь узнать у правителя Ада? - поинтересовался местный сатана.
- Да в сущности ничего серьезного, так, пустяк один.
- Неужели?
- Нет-нет, я серьезно. – чистосердечно заверил я главного либерала Некроволда. Черт. Как-то по-пидорски прозвучало!
- Хм-м. Ты меня заинтриговал. Так что за пустяк?
- Скажи-ка, как ты относишься к сюрпризам?
Я переключил пушки на самый крайний слот. На тот, в котором покоился зеленый череп.
Череп Свинцового Рока – само средоточие гнева. После использования на 66 секунд Палач Рока становится аватаром самой Неотвратимости.
-Урон огнестрельного оружия Рока возрастает в 6 раз.
-Огнестрельное оружие Рока с вероятностью 66% не расходует патроны во время выстрела.
-Скорострельность огнестрельного оружия Рока возрастает в 6 раз.
-Перезарядка Супердробовика Рока уменьшается в 6 раз.
-На 66 секунд увеличивает вероятность критического попадания из огнестрельного оружия Рока в 6 раз (если шанс становится больше 100%, то оставшаяся процентовка уходит в глобальный множитель критического урона).
-С вероятностью 6% критический урон огнестрельного оружия Рока будет увеличен в 6.66 раз.