Под шорох тканей диван жалобно скрипнул. Ржаво взвизгнул еще раз и прогнулся – профессор все же уговорил друга пойти отдохнуть.
Поттер внутренне облегченно выдохнул и провалился в сон.
Казалось, прошло всего ничего, когда он вновь очнулся. Люпин, все еще сидевший рядом, улыбнулся, и в глазах у бывшего преподавателя Хогвартса заблестела влага.
– Гарри... – ласково прошептал Римус.
Гарри попытался улыбнуться в ответ, но был ещё слишком слаб. Уголки губ лишь нервно дрогнули.
– Где Сириус?
– Здесь, сейчас позову.
– Не надо!.. Пусть спит.
Профессор поднял брови.
– Откуда ты знаешь?
– Слышал. Проснулся в тот момент, когда Вы уговаривали его отдохнуть. Я слишком долго спал, да? – он виновато посмотрел на Лунатика.
– Ну, что ты.
Неловкое молчание нарушил шебуршащий хруст.
– Съешь, – Люпин протянул кусочек.
– Спасибо, – выдавил Гарри, перехватив темно-коричневую плиточку, – Римус хотел положить ее прямо в рот мальчику – и стал рассасывать. Шоколад таял на языке, надолго оставляя приятно-сладкий привкус во рту.
– Лучше?
– Намного.
– Пойду все-таки позову Бродягу. А то обидится, – пояснил он, наткнувшись на умоляющий взгляд.
Когда профессор вышел, Гарри попробовал встать. Или хотя бы просто сесть – от шоколада должно было стать лучше – лечебный ведь.
Приподнявшись на локте, юноша подвинулся ближе к спинке, уперся обеими руками и вскарабкался в более-менее приличное (как ему казалось) положение.
Дверь распахнулась. На пороге появился заспанный, чуточку напуганный, но до невозможности счастливый...
– Сириус!
Бродяга кинулся к крестнику и стиснул его в крепких объятиях. Гарри в ответ прижался так сильно, что, казалось, еще пару секунд – и он задохнется.
Блэк оторвался, продолжая сжимать худые мальчишеские плечи, разглядывал лицо. Как будто не верил, что Гарри здесь.
Что жив...
На глаза Сириуса навернулись слезы, белки покраснели.
Он плакал. Впервые после гибели Джеймса и Лили.
– Это была Беллатриса? Твоя кузина?
– Да, – Блэк заторможенно кивнул.
– У нас никто?.. – Гарри запнулся.
– Нет.
– А что с Пожирателями? Их успели взять?
– Задержали одного, остальные трансгрессировали. Министерство прибыло... относительно вовремя.
– Его... отправят в Азкабан?
– Думаю, да. Допросят сначала, конечно.
Они замолчали. Смотрели друг на друга и не верили, что все это происходит наяву, а не в счастливом сне.
Сириус осторожно, как будто боясь поранить, провел рукой по волосам крестника.
– Ты спас мне жизнь. Я тебе обязан...
– Ты мне ничем не обязан! – вспылил юный волшебник, и губы мужчины дрогнули в грустной улыбке. – Ты бы сделал точно так же! Правда, не надо...
– Я ведь не увидел! Из-за меня...
– Она трансгрессировала. Появилась там, где никто не ждал, – Гарри снова обнял его. Родного, такого дорогого человека! Без которого младший Поттер уже и не представлял своей жизни. Сириус стал для него всем – поддержкой, твердой, как только что выкованная сталь, опорой, доверием и... звеном с родителями.
– Когда я выбил палочку Люциуса, ты назвал меня... именем папы, – Гарри вопросительно взглянул на Блэка. Тот печально усмехнулся.
– Ты так похож на отца... Я уже говорил это. Тогда я совсем забыл, что Джеймс...
– Ушел?
Сириус снова улыбнулся.
– Нет. Не ушел. Ты нашел его. Вот здесь, – он приложил ладонь к солнечному сплетению мальчика. – Можешь обратиться к отцу в любой момент. И Джеймс поможет тебе.
– Патронус, – прошептал Гарри, поднимая палочку – все это время он сжимал корпус, сам того не замечая. – Экспекто...
– Нет-нет, – Сириус положил пальцы на древко, опуская. – Заклинание слишком сильное для твоего состояния.
– Но я же...
– Знаю, ты владеешь им в совершенстве. Но сейчас лучше побереги силы. Ради меня.
Гарри кивнул. И вновь приник к крестному, пряча слезы счастья в его плече.