И поэтому не остановят государство первые неудачи, и не прекратит оно своих попыток "примучить" или просто уничтожить запорожский анклав. А патронов у него не так уж и много, а без них бесполезно и современное оружие. Изучая вчера на Хортице по интерактивной карте запорожского Соцгорода в своём планшете здания этого анклава с их содержимым, Уваров не слишком высоко оценивал его шансы в дальней перспективе. Не очень понятно было в ту первую ночь, попали ли в него хоть какие-то из зданий с другой стороны проспекта, но если и попали, в них тоже нет ни производственных мощностей, ни автозаправки с запасами горючего. Туристическо-рыболовный магазин — это хорошо, хоть рыбалкой прокормятся, оружейный — ещё лучше, не одни только ментовские патроны в их арсенале, но кончатся ведь когда-то и они. И только посмотрев дом с этими магазинами по приведённой в карте панораме и фотоснимкам, старлей обратил внимание на помещённый прямо над ними музей истории оружия. Наверняка ведь и старинные карамультуки в нём найдутся, а значит, не провалятся они и совсем уж на уровень окружающих их дикарей.
Никаких подробностей о нём в этой интерактивной карте не содержалось, да и не просвещало о них начальство перед этим рейдом, поскольку им это заведомо не нужно было, и теперь о содержимом музея, как количественном, так и качественном, Уваров мог только гадать. Но ведь наверняка же должны быть и казачьи пищали с пистолями, и фузеи кремнёвые екатерининских времён, а возможно даже, и пара-тройка небольших пушчонок найдётся. Это по современным меркам смешно, но по меркам окружающего мира дикарей — крутейшие вундервафли. То, что стволы у ружбаек с пистолями наверняка просверлены — ерунда, можно заварить или запаять. И тогда — был бы только порох, да свинец. И хотя хозяйственного магазина с удобрениями и прочей бытовой химией на этой интерактивной карте не обнаружилось, перспектива сделать собственный суррогатный порох совсем уж безнадёжной не выглядела. А свинец для пуль — после того, как пираты обломятся с идеей захватить и разграбить анклав, идея торговли с ним напросится сама собой, и тогда сами и привезут с юга всё, что вообще привозится оттуда. И соль сивашскую привезут, и свинец с другими металлами из Византии, а возможно, и селитру. Было бы только что и анклаву им на обмен предложить, но что-то, интересное и ценное для дикарей, уж всяко найдётся. А с этим всем и дальняя перспектива анклава — уже совсем другая вырисовывается.
В общем, есть за что побороться и даже найдётся чем. Самое ведь ценное, чего уж точно не понять окружающим дикарям — это не хоромы эти каменные, даже не металл, которого в их представлении у их обитателей до неприличия много, а сами люди. Район — исходно рабочий, заселявшийся строителями и в дальнейшем работниками ДнепроГЭСа и "Запорожстали" со всеми прочими заводами, построенными и запущенными в работу уже позднее. И хотя было-то это в прошлом веке и с тех пор наверняка во многом изменилось, вряд ли настолько, чтобы теперь там обитали одни только юристы с менеджерами. Это же не шикарные современные новостройки, и хоть сколько-то работяг, потомственные семьи рабочих, да должно было и от прежнего населения остаться. А работяги всюду одинаковы. Есть хроническая пьянь и бестолочь, но есть и рукастые, и головастые, которым объясни суть задачи, а как это сделать в их условиях получше, побыстрее и полегче, это они сами и придумают, и подскажут. И этому же научат и ту туземную молодёжь, которой неизбежно обрастёт их анклав в будущем. Если понемногу за раз принимать и обучать, то не особо-то и просядут современные менталитет и мировоззрение. К хорошему-то привыкают быстро, и к прежней архаике от этого хорошего возвращаться хрен кто по доброй воле захочет. В этом-то и заключается главная угроза для любого соседнего государства — побегут люди к тем, у кого живётся лучше и интереснее. Поэтому и не ужиться анклаву с Киевской Русью мирно и по-дружески. Поэтому и придётся отстаивать от неё само его существование.
И понятно уже, что это надолго, и легко не будет. Но шансы отстоять — есть. И немалое подспорье — вот в этих самых пиратах, нападение которых следует ожидать в эти самые ближайшие дни. Раньше попробуют на зуб — раньше и обломятся, а обломившись — и образумятся. Кто-то из главнюков, возможно, и пойдёт на поводу у этого государства на севере, но у них нет и не может быть общего и единого для всех главнюка, и кто-то из них блокаду анклава поддержит, но кто-то и контрабандой займётся, лишая блокаду смысла. А анклав невелик, и очень уж больших объёмов контрабандных грузов ему и не нужно. Пара ладей за сезон в худшем случае и пара десятков в лучшем — уж всяко проскользнут. Какой груз и для чего анклаву нужен — об этом же дикари с позиции своих знаний судить будут. И откуда им знать, что медь идёт не только на посуду и дешёвую бижутерию, а железо не только на ножи с топорами и серпами? Кто им скажет, что свинец идёт не только на рамы для окон под слюдяные вставки? Кто объяснит, что из пищевой соли можно получить и не пищевую, зато взрывоопасную? И это — только то, что самому старлею в голову пришло, а какие ещё умные головы есть в самом анклаве, и что ещё они там смогут придумать?