— Но… пап, этого мало… — цепляясь за любую возможность, проигрывала я, уже понимая, что отец четко намерен забрать меня сегодня.
— Я знаю, что этого катастрофически мало. Я оставил свой номер телефона и и — мэйл сеньоре Дельгадо, а она мне дала номер своего старшего сына. Я обязательно помогу и им и семье Лопез. Я обещаю тебе, дочка! — папа снова взял мое лицо в ладони, объясняя все, как маленькому ребенку. — Но нам нужно ехать. У тебя послезавтра начинается школа. Оставаться здесь ты больше не можешь. Я же не просто так перелетел океан, чтобы прокатиться на самолетах и вертолетах. — Слезы покатились по моим щекам, когда отец спросил. — Ты собрала чемодан?
Я кивнула, и он пошел за ним в спальню. Все меня обнимали, а я их. Помню, как целовала пушистую макушку Кота. Именно так прозвал его Андрес. Эля долго не могла меня выпустить, шепча, что я могу написать Андресу записку, а она передаст. Только разве это поможет? Я отрицательно покачала головой. Записка не заменит мне его рук и губ. Может так и лучше… Если бы у меня была возможность попрощаться с ним, наверное, это было бы еще сложнее. Но, черт, что же так больно? Мой родной, хороший… Я же так и не сказала тебе самого главного…
Дверь в машине захлопнулась, и мы тронулись, спускаясь со склона. Отец что — то рассказывал, но я не слышала. Смотрела в окно, надеясь увидеть знакомую белую машину. Знала, что тщетно, что они вряд ли успеют, но ведь надежда — это последнее, что остается в конце…
Глава 22
Андрес
Подъезжая к заброшенному району, я бросил взгляд на наручные часы. Стрелки показывали начало одиннадцатого. Странно. Алонсо не звонит, хотя мне казалось, опоздай я хотя бы на пару минут, его псы оборвут телефон. Может и он опаздывает. Такого, конечно, еще ни разу не происходило за время нашего знакомства, но хрен знает, что могло произойти. Нужно будет позже с ним связаться.
Припарковавшись в сотне метров от места, о котором говорил Пабло, мы вышли из машины. Дорога в этом месте была разбита так, что проехать невозможно, несколько глубоких ям убили бы нахрен любой автомобиль.
— Вон он! — указал пальцем Пабло и ускорил шаг. Я сцепил кулаки, увидев довольно — таки увесистый ствол, под которым лежал мой брат. Твою ж мать. Ринувшись вперед, уже понимая, чем это ему грозит, я продумывал варианты, как спасателям сюда добраться. Самостоятельно нельзя убирать ствол, это может повлечь за собой сильное кровотечение. Внутри все обмерло, когда я подошел ближе. У Мигеля были закрыты глаза.
— Мигель, — упав рядом с братом на колени, тревожно позвал я, тут же прикладывая два пальца к его шее. Пульс есть! Выдохнул с облегчением, заметив только, что тот немного замедленен. — Брат! — снова позвал, обсматривая тело на повреждения. Мигель с усилием открыл один глаз и… зевнул. Тут же прикрыл рот рукой и застонал. Я обернулся на Пабло, тот стоял поодаль и серьезно на нас смотрел.
— Андрес, — прошептал Мигель, и я мгновенно склонился к нему.
— Что болит? Ноги чувствуешь? Попробуй пошевели руками и ногами! — приказал я, привставая, и обходя дерево с другой стороны. Крови не было, это уже хорошо. Наверное. Пальцы на руках легко двигались, так же, как и ноги. Хоть здесь все в порядке. Дерево лежало на грудной клетке и, вероятно, основная проблема будет именно там. — Вдыхать не больно? — спросил я, снова усаживаясь у головы брата. Тот отрицательно мотнул головой.
— Надо сдвинуть ствол, и я вылезу.
— Да, а потом захлебнешься собственной кровью. Сюда нужно спасателей вызвать, они знают, что делать в таких ситуациях. — Злость на этих двух идиотов захлестывала, но в первую очередь нужно позаботиться о Мигеле. И когда все будет в порядке, он черта с два больше попрется тусоваться. Взрослый, мать его!
— Да мы сами справимся, — довольно бодро ответил он, и уперся руками в ствол. Я перевел взгляд на него. Не знаю, что, но что-то было не так. Слишком бодрым он казался для случившегося. Ни паники, ни страха, ни вообще какой — либо боли. Да и поза у него была неестественная. Ощущение, будто половина его туловища утонула в земле. Догадка сформировалась мгновенно, но мозг отказывался верить. Я снова бросил взгляд через плечо на кучерявого. Он переводил взгляд с меня на Мигеля, а потом предложил: