Кожу на руке вдруг сильно защипало, и я резко отдернула ее.
— Спокойно! Дезинфекцией еще никого не убивали! — потянув мою руку обратно, Андрес немного развернул меня боком к себе. — Надо будет снять сарафан.
— Это еще зачем? — возмутилась я.
— Обработать ссадины на спине. А ты о чем подумала?
— Ни о чем, — буркнула я.
— Ну — ну, — усмехнулся он, пока я сидела натянутая, как струна. Кожу щипало в тех местах, которые он смазывал, но все же само его присутствие в такой близи не делало мое состояние проще. Один раз он подул на рану, которая, судя по всему, была больше остальных, потому что я неосознанно дернулась вперед, когда он коснулся ее ватой. Одно легкое дыхание, а мне захотелось подскочить и сбежать. Лишь бы подальше, лишь бы дышалось легче и грудь не сдавливало от желания повернуться и потянуться к его пухлым губам.
— Спасибо, — тихо сказал Андрес спустя пару минут. Я замерла, перестав дышать. Это первое проявление чувств с его стороны за сегодня. Да, короткое, да, заключенное всего в одном слове, но от чего — то именно это одно слово заключало в себе больше, чем если бы он расплылся в благодарственной речи.
— Почему они хотели его обидеть?
— Потому что он слабый. А здесь либо ты, либо тебя!
— Какой абсурд… — ответила я, повернувшись к нему. — Но знаешь, Луис прекрасный ребенок! Лучше научи его драться, а то это будет не последний раз, когда ты обрабатываешь меня. — Черная бровь удивленно взлетела, а губы растянулись в хитрой улыбке, после моих слов. — Раны… Обрабатываешь мои раны! — быстрее исправилась я, только он все равно продолжал вот так сидеть в каких — то паре сантиметров от меня и уже тихо смеялся. Боже, что со мной сегодня? Несу полную чушь, тупица! Находиться с ним вот так вот близко было невыносимо, а уж то, как его наглый взгляд съезжал на мои губы, а после возвращался к глазам, и вовсе заставило меня подскочить с дивана, как ужаленную.
— Спасибо! — буркнула я, не глядя на него. — Спину Эля продезинфицирует.
— Ты ведь не голая, думаю, я справлюсь! — продолжая ухмыляться, съязвил этот змей, откинувшись на спинку дивана. Ты — то может, и справишься, а вот я — вряд ли, — подумала я, но озвучивать эти ужасающие мысли не стала.
Обед прошел в тесной кухне, но в очень дружной обстановке. К столу присоединился еще и средний брат Мигель, который, судя по всему, сейчас как раз проходил пубертатный период, и доставлял немало хлопот матери. Над Луисом он подтрунивал, а Андреса побаивался, насколько я успела заметить. Он быстро покончил с мясом и рисом, и снова отправился в свою комнату. Луис же трещал без умолку, и я намеренно очень внимательно его слушала. Слушала, чтобы не смотреть лишний раз на восседающего во главе стола Адреса. Как я поняла из рассказов его матери, именно он и был главным добытчиком в их семье. Это объясняло его рьяное желание заработать как можно больше денег. Возможно, на девушек он тоже тратил, но судя по некоторым электроприборам на кухне, чистой и новой одежде домочадцев, основную долю он тратил на семью. Стыд за свои ранние слова поглотил с головой, и я в который раз в жизни упрекнула себя за длинный язык.
После обеда я поблагодарила сеньору Дельгадо за невероятно вкусное жаркое и быстро ретировалась, кое — как отвертевшись от предложения Луиса и Андреса меня провести. Хватит на сегодня издевательств, мне кажется мои щеки не переставали краснеть с момента, как я оказалась у них дома. Он ведь играет, вижу, как кайфует, видя мое смятение, а мне это неприятно.
Лучше бы хоть какую — то инициативу проявил, но нет же, только дразнит…
Дома Эльвира обработала оставшиеся на спине раны, а я поняла, что хоть синяки остались, и при движении ощущается ноющая боль, все — таки камни были маленькими, не такими большими как казалось в тот момент, когда они ударялись мне в спину. У страха глаза велики, все же правильная поговорка. Может если бы я не так боялась, и не так сильно переживала за то, что те мальчишки могут навредить Луису, оценила бы ситуацию более трезво, и тогда бы смогла с ними справиться… А, может и нет… Может это просто тот самый постсиндром, который проявляется у всех после какого — то происшествия, и в голову сразу лезет миллион вариантов его разрешения, кроме того, который был предпринят…
— Я думаю тебя тоже надо научить драться, чика! — сказала Эля, укладывая спирт с ватой обратно в пакетик, в котором хранились лекарства.
— Я теперь тоже так думаю, — не стала спорить я.
— Иди на тренировку вместе с братцем Дельгадо, заодно предлог будет еще раз поглазеть на него. И может увидишь без футболки эту груду мышц.