Ухудшает воздействие мистраля то, что он на своем пути с севера на юг проходит естественную аэродинамическую трубу долины Роны, набирает силы и вредности и лишь затем сворачивает на восток, к Провансу. Ветер холодный и чреватый всяческими неприятностями. В его пользу, правда, говорит то, что он приносит в Прованс голубое небо, чистый воздух и ослепительно-яркий свет.
В Марселе, граждане которого, правда, склонны к преувеличениям, утверждают, что мистраль дует сто дней в году, часто по три, шесть, девять дней подряд. Говорят, что люди, привыкшие к мистралю, разучились сохранять вертикаль, они постоянно склоняются вперед или назад, как будто в подпитии, даже при полном безветрии.
Moi, Je. Я, я, я…
Эти два слова — самые популярные в словаре провансальца, как, впрочем, и в словаре любого другого француза. Мне показалось странным, что французы, народ весьма в себе уверенный, преисполненный чувства собственного достоинства, находят необходимым подпирать ясное и однозначное je — я — избыточным moi, означающим кроме того же самого «я» всякие его предложные и беспредложные склонения-отклонения: мне, меня, мной, мой… Но они без этого вообще речи не мыслят! Je и moi в разговоре — как сиамские близнецы. Ими выражают свое мнение: «Moi, je pense…» Ими заказывают в ресторане: «Moi, je prends…» Ими соглашаются с собеседником: «Moi, je suis d’accord…» Чтобы подчеркнуть, усилить? Чтобы придать больше веса своему мнению, больше категоричности приказанию, больше сердечности заверению или согласию? Чтобы выделить свое эго? Я, я не знаю… «Moi, je ne sais pas…»
Musée de la Légion Étrangere. Музей Иностранного легиона
С Иностранным легионом я познакомился еще в детстве, в школе-интернате, когда тайком, накрывшись с головой одеялом, при свете карманного фонарика проглотил за пару ночей книжку Персиваля Рена «Похороны викинга». Читал взахлеб. Еще бы, лихие герои, преследуемые преступники — и все как один ребята-золото! Они нашли приют в элитном боевом отряде, самой сильной ударной единице французской армии. Книга заинтриговала меня, и Иностранный легион с тех пор так и остался в моем сознании далекой путеводной звездочкой.
Книга Рена и выросшая из ее содержания кинопродукция Голливуда покрыли лачком мрачные реалии войны и смерти в пустыне. Король Луи-Филипп, однако, руководствовался вовсе не романтическими соображениями, учреждая Иностранный легион в 1831 году. В те неспокойные времена Европа бурлила, Францию наводняли политические беженцы из разных стран, многие из них нежеланные, почитавшиеся опасными. Озабоченный ситуацией, король решил найти средство выдворить их из страны. Из революционеров, дезертиров, смутьянов всякого рода сформировали легион, состоявший из иностранцев, и отправили новую боевую единицу в Африку защищать интересы Франции. Это высвободило регулярные части, вернувшиеся домой на защиту монархии. Легион формировался на добровольной основе, а заманивали в него бойцов обещанием наградить впоследствии французским гражданством. С течением времени то, что рассматривали как согнанный в кучу посулами сброд, превратилось в одну из известнейших и наиболее уважаемых боевых частей планеты.
Прошло 120 лет, и солдаты Иностранного легиона покинули Африку, оставили свои казармы в Сиди-Бель-Аббес, захватив с собой исторические регалии: боевые знамена и вымпелы, ордена и всякого рода сувениры — деревянную руку капитана Данжу, героя сражения при Камероне, гробы неизвестного легионера и генерала Ролле, «отца легиона». Со всем имуществом и вооружением легион переместился на новую базу в Обань, в нескольких милях к востоку от Марселя.
Бо́льшую часть базы занимает обширный чистый плац, окаймленный казармами. За казармами музей — приземистое белое здание, которое можно было бы принять и за какую-нибудь контору, не будь оно окружено колючей проволокой. В саду установлены артиллерийские орудия и танки, порядок полнейший, все чисто выметено, выбелено, выдраено, ровнейший газон, травинка к травинке; кажется, даже птица не пролетит без приказа.
Попав внутрь, теряешься от обилия экспонатов. Еще бы, ведь история Иностранного легиона охватывает сто семьдесят пять лет, и где только он не воевал за это время! Крым, Мексика, Тонкин, Формоза (Тайвань), Сахара, Дагомея, Мадагаскар, Марокко, Сирия, Чад, две мировые войны, Алжир — длинен перечень войн и сражений, еще длиннее список погибших. Битва за битвой, павшие увековечены плакетками на стенах.