– Идут двое, – подтвердил он. – А что?
– Они за нами следят. Обычно я проверяюсь, а сейчас сделала это в первый раз. Давай присядем на лавку и посмотрим, что они будут делать.
– Это не твоя охрана? – спросил Олег.– Может, быстрей отсюда уйдём?
– Они мне не страшны. Садимся на эту скамейку, она чище других.
Сели и стали открыто наблюдать за двумя мужчинами, которые неторопливо шли по аллее. Они увидели, что стали объектом внимания парочки, и направились к Насте.
– Здравствуйте, – поздоровался тот, который выглядел старше. – Позвольте представиться. Я Алан Прайс, а мой спутник – Дональд Брукс.
– Англичане или американцы? – спросила девочка.
– Второе, – ответил Прайс. – Я секретарь нашего посольства. Вы ведь Настя Никитина? Меня просили с вами поговорить.
– Говорите, только недолго, – разрешила Настя. – Сегодня прохладно, и мы уже собрались возвращаться. Садитесь, господа, а то мне неудобно сидеть, когда вы стоите.
– Я хочу уточнить, – сказал Прайс. – Действительно ли вы будете главным звеном того проекта оздоровления, который вот-вот заработает в Москве? Я имею в виду масштабное строительство нового медицинского центра.
– Допустим, что это я, – ответила девочка.
– Вам хотят предложить... – начал американец, но Настя перебила.
– Нет, – сказала она. – Меня не интересуют ваши предложения, в чём бы они ни заключались. Я никуда не уеду из России, а денег у меня столько, что не хватает фантазии на то, как их потратить. У нас есть пословица, что от добра добра не ищут, она как раз для моего случая. Насколько я знаю, помимо наших, будут лечить и больных из-за границы. Для них лечение будет платным, но не очень дорогим.
– Напрасно вы отказались, даже не выслушав того, что вам хотят предложить, – недовольно сказал до этого молчавший Брукс. – Здесь у вас не будет таких денег и такой свободы. А лечение... До вас долго и дорого добираться, и принимать будут немногих. К тому же, учитывая ваши возможности внушать, я не рискнул бы идти к вам на приём. Если уедете к нам, это не будет иметь большого значения.
– Если не хотите лечиться, можете умирать, – пожала плечами Настя. – Я всё равно не вылечу весь мир. Я догадываюсь, от кого вы узнали о моих способностях. Только майор, который сейчас сильно жалеет о том, что с вами связался, сам толком ничего не знал. Есть у меня способность внушать, но она очень ограниченная. Для успеха нужно работать только с одним человеком, и даже в этом случае не со всеми получается. Это у меня только для обороны. А когда больных будут тысячи, внушить им что-то...
– А что с передачей знания языков? – спросил Прайс.
– Языкам будут платно учить в центре, который сейчас строят. Я удовлетворила ваше любопытство?
– Вы всё-таки подумайте, – встав со скамейки, сказал Прайс. – Если вы действительно можете исцелять тысячи больных, будете купаться в деньгах.
– А для чего? – спросила она. – Если у меня есть всё, что нужно для удобной и приятной жизни, зачем лишние деньги?
– Возьмите на всякий случай мою визитку, – предложил Прайс. – Может, передумаете.
– Ты убила их фразой о лишних деньгах, – заметил Олег, когда американцы скрылись за поворотом дорожки.
– Ну их к чёрту, – сердито сказала Настя. – Хотела улететь сферой, а теперь надо идти к метро. Пока шли, вроде не мёрзла, а после этих посиделок замёрзли ноги.
– Можем куда-нибудь забежать и попить горячего кофе, – предложил он. – Возьмём пирожные...
– Не соблазняй. Скоро обед, поэтому никаких пирожных. Я их куплю, но на вечер. Приходи, будем коллективно гробить организмы. Да, этот тип напомнил о том, о чём я забыла. Всё, теперь можем идти.
– А что ты сделала?
– Ты был вундеркиндом, а теперь будешь и полиглотом. Я дала тебе знание английского языка. Через два дня будешь на нём болтать не хуже этих американцев, а ещё через три освоишь письмо. Потом научу другим языкам, я знаю их больше двадцати.
– Будешь кому-нибудь говорить об этой встрече?
– Обязательно. Нашим надо об этом знать, к тому же за мной могут наблюдать. Промолчу и потеряю доверие.
Глава 21
– Первую палату загрузили! – доложил прикреплённый к Насте капитан Фокин. – Вторую сейчас загрузят, а с третьей придётся ждать. Два автобуса где-то застряли, и «скорые» работают медленней, чем мы рассчитывали. Дороги...