– Сегодня подготовят, – пообещал президент. – Учебники есть?
– Купила сразу за все классы. Месяца за три должна сдать за оставшиеся четыре года. Завтра побегу оформлять экстернат.
– Нечего тебе бегать самой. Я позвоню Бабурину, и тебе всё сделают. Как с работой у сестры?
– Пока не жаловалась. Я вложила в неё тринадцать языков, а позже добавлю. Свою борьбу тоже записала, и она занялась укреплением тела. В службе тоже чему-то учат. Пусть поработает, пока не заарканит кого-нибудь из офицеров.
– А сама? – усмехнулся президент. – В твоём возрасте уже вовсю влюбляются, и редко в сверстников. Мои дочери ходили с задумчивыми улыбками и тайком смотрели на фотографии. Или пока никто не понравился?
– Чёрт его знает, – откровенно сказала она. – Перед моим похищением нравился один мальчишка. Сидела в лесу людоедов и ревела в первую очередь из-за родителей, но и из-за него тоже. А потом... Принцы увивались, но мне они были не нужны. Не хотела я себя ни с кем связывать. А когда вернулась, уже чувствовала себя взрослой, а одноклассники так и остались детьми. Какая может быть любовь? Ничего, моё от меня не уйдёт, всё ещё будет. Мне пока рано любить.
– Это хорошо, что ты такая рассудительная, – довольно сказал он. – Надеюсь, что такой и останешься. У взрослых из-за любви часто отшибает мозги, а у молодых так бывает всегда.
– Раш передал, что его можно снимать. Протяните руку.
Президент подал руку, и Настя забрала у него браслет.
– Ваше послушание я сняла, – сказала она, поднявшись со стула. – Оптимизация будет длиться несколько дней, а помолодеете через две недели. Почаще появляйтесь на людях, и никто этого не заметит. Подумайте, какие языки хотели бы знать. Необязательно на них говорить прямо сейчас. Заговорите, когда откроем учебный центр. Это станет для него хорошей рекламой. Я больше не нужна? Тогда до свидания.
Вернувшись от президента, Настя увидела, что родная контора выполнила её просьбу. Пять дней назад, когда она приехала в Следственное управление обрабатывать знавших о ней сотрудников, там же был и Александр Васильевич. Он вызвал Настю по своим делам в кабинет Можейко, и девочка решила этим воспользоваться.
– Мне нужна ваша помощь, – сказала она директору. – Я пока не занималась вторым перстнем, а сейчас есть время и желание для таких занятий, нет только подопытного объекта.
– И какой объект нужен? – спросил он. – Второй перстень – это тот, который убирает генную несовместимость?
– Сего помощью можно менять внешность, – объяснила Настя. – Можно взять собаку или кошку, но мне нужно пробовать для человека. Достанете мартышку? Неудобно заниматься этим в центре. Нужно провести много опытов и долго ждать результатов. Не хочется каждый день мотаться туда только из-за одной обезьяны.
– Я распоряжусь, – пообещал Александр Васильевич. – Возьмёте свою макаку у Бабурова.
И вот теперь на диване была небольшая мартышка с буровато-зелёной шерстью и белым воротничком. С одной стороны от неё сидела Оля, а с другой примостился Марк.
– Откуда она взялась? – спросила Настя находившуюся в гостиной мать. – Я заказывала, но сказали, что буду забирать сама.
– Привёз Зеленин, – ответила она. – Оставил для этой обезьяны сумку с фруктами и сказал, что будет есть всё, даже мясо. Вот тебе по ней все распечатали. Это зелёная мартышка, её кличка – Джуна. Не скажешь, для чего она тебе нужна?
– Буду с помощью магии лепить из неё человека, – пошутила девочка. – Не беспокойся, она не доставит хлопот. Магией приучу к горшку, а если окажется тупой, обработаю браслетом.
– Позвоню отцу, чтобы купил горшок и детскую кроватку, – вздохнула мать. – Учти, что спать будет в вашей комнате. Места там хватит, а больше класть некуда.
– Марк, присмотри за ней, чтобы не безобразничала, – попросила Настя домового. – Мне нужно навестить подруг.
Девочка позвонила Алле и спросила, не может ли к ней приехать Ольга.
– Созвонись с ней, – попросила она подругу. – Мне позвонишь, если она не приедет или когда уже будет у тебя.
Через полчаса последовал звонок, и Настя ушла в Ростов к Сулеминым. Сферу убрала в подъезде, поднялась по лестнице и позвонила. Обе девушки встретили в прихожей и увели в комнату к Алле. Сидевшие в гостиной родители подруги не заметили её прихода.