Вторжения в Алжир Головлев пытался избежать, слишком сильны были воспоминания о бесславной оккупации страны Францией, которая воевала там со времен мушкетеров, так ничего и не добившись. Зато получила пятую колонну в стране из алжирских арабов, серьезно подрывающих католическую страну мусульманскими традициями. Но сказать об этом прямо своим министрам наместник не мог, кроме магаданцев и их взрослых детей, никто о будущем не знал.
Оба офицера взглянули на карту Средиземноморья, которую развернул на столе наместник. Обозначив на карте предполагаемый театр военных действий, Головлев поинтересовался у министра:
– Сколько времени понадобится на быстрый захват этой территории?
– Два дня на подготовку приказов и расчет сил и средств, столько же на подготовку самих казаков и нашего гарнизона на Кипре. Кораблей на островах достаточно, за неделю смогут захватить все опорные селения на побережье. По моим данным, их не больше полутора десятков. К этому времени как раз трофейщики на транспортных судах доберутся с Острова, вместе с миссионерами. – Константин поморщился, вспомнив о нехватке самоходных кораблей. – По крайней мере, передовые отряды тылового обеспечения примут командование у казаков. Остальные придется на парусниках отправлять.
– Отлично, через две недели папа римский узнает, что половина африканского побережья в наших руках. По оперативным данным, посольство из Рима так и не сподобилось направиться в Новороссию, на своих парусниках им как раз неделю добираться. И, судя по всему, в ближайшее время никто к нам не собирается. Посмотрим, как они через две недели запоют, узнав о захвате Северной Африки, – усмехнулся наместник. – Нашим парням на островах объясни: если протянут, придется все земли возвращать обратно. А если уложатся в срок, африканское побережье останется нашим, будем туда зимой ездить, загорать и рыбачить. Да казакам премию выплатим в размере пары червонцев на каждого рядового, и дальше – в соответствии со званием. Все как обычно, включая компенсацию использованных боеприпасов.
Выплачивая огромные премии казакам, наместник не рисковал разорить Новороссию, поскольку девяносто процентов торговли на Кипре и Крите шли новороссийскими товарами, почти все выплаченные суммы скоро окажутся в карманах частных русских торговцев или государственных производств. Все пойдет на пользу стране, на развитие промышленности и торговли русов. Да и обещанные суммы выплат казакам не превысят пятидесяти тысяч червонцев: общее количество казаков на островах не превышало двадцать тысяч бойцов. Этих двух дивизий вполне хватало для прочной обороны Кипра и Крита и для регулярных набегов на турецкое побережье. Да и сами казачьи острова фактически входили в состав Новороссии, на правах широкой автономии.
Еще двадцать лет назад, когда после разгрома крымского татарского ханства магаданцы вывезли освобожденных рабов на Кипр, где организовали из них первые полки обороны острова, Головлев и Кожин четко обозначили свою позицию по статусу острова. Кипр, затем и Крит, вместе со всем населением сразу подчинялись магаданцам, затем вошли в состав Новороссии и подчинялись всем ее законам. Начиная от льгот православному населению, уголовного права, таможенного права, заканчивая подчинением магаданцам всех вооруженных формирований. Некоторая автономия была в правах отрядов самообороны, быстро превратившихся в казачье войско по выбору своих командиров. Но опытный оперативник Кожин держал оба острова под плотным оперативным прикрытием, не допуская ни малейших поползновений к самостийности. А Петр Головлев, хлебнувший майданного горя, твердо его поддерживал.