– Срочное сообщение с северной границы, повелитель. – Евнух упал на колени, уткнувшись лбом в роскошный персидский ковер.
– Говори.
– Два дня назад венгры подняли восстание, вооруженные русским оружием венгерские отряды захватили все крупные города на землях бывшей Венгрии, находящихся под властью Оттоманской империи. Гарнизоны городов и отряды мамелюков уничтожены или взяты в плен. Численность венгерских отрядов уточняется, по сведениям доносчиков, венгры кричат о создании свободной Венгрии. За пределы бывшей Венгрии отряды бунтовщиков не выходят, зато укрепляются на старой границе. Командует ими полковник Андраш Ракоци. По слухам, он прошел в составе венгерской бригады русов аравийскую и индийскую кампании, был командиром бригады.
– Так это русы нарушили свое слово и высадились в европейской части Оттоманской империи! Лжецы, шакалы, предатели! – удивился султан; впервые русы так явно нарушили свои же обещания об отсутствии территориальных претензий в Европе.
– Венгры говорят, что их служба у русов закончена, и они больше не подчиняются Петербургу. Они обещают простолюдинам независимую Венгрию под властью того самого Андраша Ракоци, которого уже объявили наместником.
– Однако на что они рассчитывают? – задумался султан, вопросительно взглянув на визиря.
– Рискну предположить, что этот Ракоци уже заключил договор с Новороссией о военном союзе. Русы подобным образом несколько лет назад защитили две восставшие провинции Франции – Лотарингию и Нормандию, которые добились независимости. Французы так и не смогли их вернуть, помешали войска русов, которых пригласили нормандцы и лотарингцы. – Визирь глубоко поклонился, оставляя свои предположения на волю султана.
– Ты хочешь сказать, что мы тоже не сможем вернуть эту Венгрию себе? – задумался Мурад ненадолго. – Ерунда! Нужно срочно отправить на подавление венгерского бунта все гарнизоны из соседних городов. Иди, займись венгерским бунтом! Они, кстати, тоже католики. Я оказался прав, как всегда! Не забудь распорядиться о взятии под стражу всех католических монахов! Да пусть с ними поработают палачи, я хочу знать все подробности сговора католиков и русов!
– Добрый день, владыко, проходи, присаживайся. – Наместник Новороссии Петр Головлев встретил митрополита Петербурга и Новороссии у входа в кабинет, символически приложился губами к кресту в руках гостя. Несмотря на внешнюю защиту православия в Европе всеми силами, «старые магаданцы» не могли переломить советскую привычку недоверия к церковникам. Да, приходилось отстаивать многочасовые службы в храмах, участвовать в крестных ходах и прочих массовых мероприятиях, но никакого восхищения церковью и религиозности в душах магаданцев и их детей не воспиталось. Видимо, опоздали с этим делом, слишком развращены граждане Российской Федерации известным будущим.
Новороссийский митрополит Афанасий, из крымских монахов, кстати, запорожец, быстро вымолвил формальное благословение и прошел к рабочему столу, занимая там облюбованное на совещаниях место слева от полукресла наместника. Мужчина он был не старый, здравомыслящий, потому и добрался до такого высокого места вопреки отсутствию карьеризма. Однако магаданцам на месте церковного главы нужен был именно такой руководитель, практичный, с ухватками и опытом казачьего атамана. Афанасий никого не боялся, ругался с Петром и Николаем бесцеремонно, спорил, порой оказывался прав, что не стеснялись позднее признавать магаданцы. Людей шестнадцатого века митрополит знал гораздо лучше наместника, понимал психику и поступки простонародья и дворян, что помогало принимать грамотные, взвешенные политические и экономические решения. За это и ценил его Головлев, принимавший важные политические решения после обсуждения с Афанасием всех возможных последствий.
– Разговор у меня длинный, владыко, – задумался наместник, определяя, с чего начать. – Помнишь, скольких христиан мы обнаружили в захваченной Киренаике? Едва не две трети простолюдинов оказались христианами на территории от Александрии до Туниса. Во многих семьях прятали дедовские иконы, а в далеких оазисах муллы распевали христианские псалмы, переведенные на арабский язык.
– Я предупреждал тебя об этом, – невозмутимо ответил митрополит, – хотя и сам не думал, что выйдет именно так. Турки захватили Киренаику меньше ста лет назад, чего ты хотел? Уверен, не пройдет и десяти лет, как на новороссийском побережье Африки не останется ни единого мусульманина.