– Какое слово? – рассмеялся Головлев. – Ватикан, по своей привычке, уже фальсифицировал наши прежние переговоры? Не забывайте, что условия переговоров были опубликованы в нашей газете еще тогда. Вот эта газета! Там нет ни слова о границах или прекращении войны с Турцией. Зато есть обещание кардинала Джинолезе привезти книги не позднее двух месяцев. Эти газеты давно лежат в архивах всей Европы, Московской Руси, Америки и половины Азии. Боюсь, фальсифицировать православные архивы и мусульманские вам не удастся, как вы привыкли делать в своей Италии и Папской области! Ближе к делу, милейший кардинал.
Попытки кардинала подсунуть наместнику на подпись уже подписанный турецким султаном и папой римским договор Головлев отверг точно так же. Он недвусмысленно подверг сомнению точность подписанного текста и заявил, что не исключает внезапного появления на приготовленном Ватиканом экземпляре новых статей договора или исчезновения старых согласованных статей. На попытку кардинала Джинолезе изобразить оскорбленную порядочность, наместник напомнил, что фразу «Цель оправдывает средства» придумали католики, а не русы. И по многочисленным заявлениям католических иерархов, обмануть схизматиков, кем они считают православных, дело богоугодное. И даже если не так, то индульгенций папский престол продал столько, что можно грешить лет двести, обманывая всех подряд. Пришлось кардиналу смолчать и согласиться на условия русов, слишком важен был договор для авторитета Ватикана.
Кардинал получил в руки три экземпляра договора на двух языках каждый, на бумаге с водяными знаками, уже подписанные наместником с проставленными печатями. Головлев, не скрывая своего презрения, предупредил, что на бумаге и на буквах текста имеются секретные метки, не видимые глазом, которые исключают подделку договора. Там действительно имелись надписи, видимые только в ультрафиолетовых лучах, которые никто в Европе не мог обнаружить в ближайшие годы. На отдельном документе кардинал подписал условие, что обязуется доставить в Петербург подписанный султаном договор через месяц, иначе соглашение теряло свою силу. Вытерпев все унижения, кардинал сдержал себя и даже попытался пожать руку наместнику, но Петр отклонился, не объяснив мотива. Не хватало еще получить укол знаменитыми перстнями с ядовитыми шипами, коими так кишела средневековая Европа.
Уже прощаясь, кардинал Джинолезе объявил о своем подарке наместнику Новороссии, и двое его служек внесли на подносе высоченную стопку редчайших рукописей Леонардо да Винчи, набор его эскизов и чертежей. Он, кардинал, мельком слышал восхищение русов этим великим художником и ученым прошлого века и счел за честь подарить найденные в архивах Ватикана труды Леонардо его ценителям. Служки поставили поднос со стопкой книг и переплетенных эскизов на пол возле кресла кардинала. Тот откланялся, выслушав формальную благодарность наместника, и покинул зал приема. Наслышанный об отравлении короля Франции через книгу, Головлев не собирался даже трогать драгоценный подарок. Сомнений в том, что подарок с подвохом, у него не было, папским посланникам никогда не были свойственны широкие жесты. Все подарки Петро после приема собирался отправить на дезинфекцию, затем на проверку химикам, только после этого передать в библиотеку.
После окончания аудиенции он подошел к стопке, чтобы посмотреть, что она собой представляет, как выглядят знаменитые дневники Леонардо. И совершенно машинально подхватил падавшую верхнюю книгу, оказавшуюся с нижней стороны чем-то запачканной. Теперь-то наместник понял, чем книга была запачкана и почему она упала – ее наверняка сдвинул локтем кардинал, а слуги заранее положили в наклон. Вот и поползла по сырому слою ядовитой смазки драгоценная рукопись. Пусть Петро насухо вытер руку, но нескольких мгновений хватило, чтобы яд начал действовать. Сознание он потерял по пути к личному кабинету, куда поспешил, чтобы вымыть руки с мылом. Несчастные библиотекари в это время протирали подаренные книги, видимо этого двум из них вполне хватило для получения смертельной дозы яда.