– Это директор ФСБ Александр Васильевич Бабурин, – послушно ответил подчинённый президент. – Не скажете, кто вы?
– На ловца и зверь бежит, – довольно сказала Настя. – Я не буду вам представляться, пусть за меня это сделает ваш директор.
– Настя Никитина? – спросил тоже подчинённый Бабурин. – Почему вы здесь? И как вы сюда попали?
– Я здесь из-за вас! – показав на него рукой, заявила она. – Я очень неплохо жила, пока на меня не наехали ваши люди. Мне не нужна власть, я наелась ею досыта! И вы мне не нужны, поэтому в том, что произошло, вините только себя!
– А что произошло? – не понял президент. – Вы имеете в виду своё появление?
– Я имею в виду то, что вы оба подчинены и сделаете всё, что я захочу, – объяснила Настя. – Мне не нужно от вас ничего, кроме следующего. Нам должны вернуть мою младшую сестру, которую для шантажа взяли люди из ФСБ. Ну и вы оба будете препятствовать нанесению любого вреда мне и моей семье. На этих условиях я согласна оставить вас в покое.
– А если мы этого не сделаем? – спросил президент.
– Вы не сможете этого не сделать, а если такое случится, то себя убьёте. Выбор смерти оставляю на ваше усмотрение.
– Вы не ответили на мой вопрос, – сказал побледневший Бабурин. – Что у вас произошло с моими людьми?
– Когда я вернулась с Кубы, они увезли меня в своё управление, – ответила девочка. – Я предполагала, что так и будет, поэтому выполнила то, что от меня просили. Два часа заливалась перед ними соловьём, а потом предъявила доказательства. Моя история, с точки зрения любого нормального человека, выглядит дико, поэтому они не поверили и с доказательствами. У меня есть несколько артефактов, которые настроены на меня. Вы не сможете ни изучить их, ни как-то перенастроить на кого-нибудь другого. Я всё это объяснила и сказала, что ничего не дам исследовать! Испортите, а потом сами будете кусать локти! Ваши люди наплевали на мои объяснения и от уговоров перешли к угрозам. Как только они увезли меня из дома, другие ваши кадры забрали мою младшую сестру. У неё, видите ли, не в порядке документы на удочерение! Ну пришлось мне заставить одну стерву состряпать дело о проживании Ольги в детском доме, а как иначе объяснить появление ребёнка, если он из другого мира? В общем, я оттуда ушла и даже никого не убила, хотя очень хотелось. Они сами пострадали от газа, которым хотели меня усыпить. Поспешите дать указание вернуть малышку и отстать от моей семьи! Если они арестуют отца, да ещё на работе, ему придётся увольняться, а я уже не буду такой добренькой!
– Мы компенсируем... – начал Бабурин.
– Мне начхать на деньги, – перебила его Настя. – У меня их столько, сколько никогда не будет у вас! У отца вся жизнь в его службе, а вы можете лишить его уважения товарищей!
– Я ничего о вас не знаю, – сказал президент, – поэтому сейчас трудно о чём-то говорить и договариваться. Ребёнка вернут, если он сам захочет вернуться, и не будут вас трогать. Но что вы собираетесь делать дальше?
– Во-первых, я обиделась. Я и раньше была невысокого мнения о наших чиновниках, а сейчас оно изменилось в худшую сторону. Я была готова оказывать вам услуги без всякого давления, только на своих условиях.
– И какого рода услуги? – спросил президент. – Александр Васильевич что-то о вас знает, но меня пока не просветил, поэтому скажите хоть в двух словах.
– Я умею лечить почти любые болезни и заставлять подчиняться людей. Кроме того, могу переместиться в любую точку Земли, для которой есть фотография. При этом меня никто не увидит. Я не знаю можно ли техническими средствами обнаружить мою сферу, но она не вызывает срабатывания датчиков движения на лестничных площадках. Могу днями сидеть в Овальном кабинете и записывать кинокамерой американского президента, могу освободить любых заложников и привести вам на верёвочке террористов. Могу обучить любому языку, могу... Слишком долго перечислять то, что я могу сделать. Ваши люди всё записали, так что слушайте записи.
– Чего вы хотите? – спросил Бабурин.
– Прежде всего, чтобы со мной считались! Я вам не соплячка, которую легко запугать, угрожая ей самой и семье. Я правила королевством размером с Англию, и не в самое благополучное для него время! И я собственноручно убила в бою сотни полторы своих врагов. Того, что я могу дать, не даст больше никто, а вот чего потребовать от вас, я даже не знаю. Как я уже говорила, денег у меня вагон, а если будет мало, продам несколько тонн золота. Наверное, приготовьте в Москве хорошую квартиру и сделайте перевод отцу. И учтите, что, если какое-то задание покажется сомнительным, я потребую с ним ознакомить или откажусь.