– Вы сумели оценить мою пользу и оказали помощь, – сказала Настя. – Это я уже поняла. Остаётся узнать, чем я должна за это расплатиться.
– Давайте начнём разговор сначала, – предложил он. – Вы не позволите называть вас на ты? Вам этого не предлагаю, а то войдёт в привычку и ляпните на людях.
– Тыкайте, – разрешила она, – и переходите к тому, из-за чего меня вызвали.
– Я хочу с твоей помощью сократить число своих врагов, – сказал президент. – Не бойся, никто не заставит тебя их убивать. Ты знаешь, кто сегодня правит Россией? Не в Думе или в правительстве, а на самом деле.
– Откуда? – сказала Настя. – В интернете только пишут о кланах и делают многозначительные намёки.
– Если будешь мне помогать, узнаешь всё это и многое другое. Ты можешь распознать ложь? В твоём рассказе об этом ничего не было.
– Могу распознать ложь и определить, как человек относится ко мне или к кому-нибудь другому. Вы хотите, чтобы я кого-то проверила?
– И это тоже. Со временем проверишь чиновников моей администрации и ещё кое-кого. Что для этого нужно?
– Только уединиться с каждым минут на пять. Я подчиню их, а потом задам те вопросы, которые вы дадите, и оцениваю правдивость ответов. Если вы будете с ними общаться, а я окажусь рядом, смогу оценить то, как к вам относятся. И делать это можно из шара.
– Замечательно! – довольно сказал он. – В ФСБ тебя не просили заниматься чем-то подобным?
– Александр Васильевич сказал, что, пока будут строить клинику и заниматься центром для изучения языков, у них нужно кое-кого проверить. Но это не сплошная проверка, потому что речь шла о нескольких офицерах.
– Я тоже не заставлю проверять всех. Но это хоть и важная, но не первоочередная работа.
– Первоочередная – это враги, – кивнула девочка. – Кто они?
– Это очень влиятельные люди, – ответил он. – Всего наберётся человек тридцать-сорок. Когда сделаешь, мне будет намного легче. Сейчас во многих вопросах связаны руки.
– Я согласна, – сказала она, – но будут два условия. Первое заключается в том, что я должна ознакомиться с досье на каждого и знать, что им нужно внушать.
– Не доверяешь мне и хочешь оценить их сама, – сделал он вывод. – Это можно сделать. А что у тебя было вторым условием?
– Если обо мне узнают, придётся где-то прятаться или защищаться. В этой защите мне может понадобиться помощь государства, вплоть до серьёзного оружия.
– Я постараюсь, но не могу твердо обещать. Я не император, а управляющий и тоже во многом обязан следовать законам, но если задействовать твои способности, то эти ограничения можно обойти. Теперь договоримся о связи. Возьми этот мобильник. Он будет служить только для общения со мной и связан с одним из моих стационарных телефонов. Если не отвечу, сообщи причину звонка. Всё запишется, и я позже прослушаю. Ты можешь провести оптимизацию?
– Это займёт с полчаса и нужно столько же времени каждый день в течение недели, – предупредила Настя, – да и потом не помешает провести два-три сеанса. Но можно сделать проще, если вы согласитесь полностью мне подчиниться. Тогда я ненадолго надену вам свой браслет, а потом сниму. Подчинение – это страховка на тот случай, если вам не захочется его возвращать.
– Если только для этого, то я согласен, – сказал он и протянул руку. – Правая подойдёт?
– Подойдёт любая, – ответила она, надевая ему браслет. – Теперь нужно подождать. Если хотите, он может омолодить. Не сильно, но лет пять скинете.
– И ты ещё спрашиваешь! Конечно, пусть омолаживает.
– Ответите на вопрос? – спросила Настя. – Как далеко вы готовы пойти в противостоянии с США?
– Нам нужно не столько бодаться с Америкой, сколько укреплять себя. Они сами однажды свернут себе шею. Это будет счастливый день для многих, только не все его переживут. Знаешь китайскую пословицу? В ней говорится, что нужно спокойно сидеть на крыльце дома, и мимо пронесут труп твоего врага. Наша война с США станет для всего мира последней неприятностью, жаль, что многие в руководстве Соединенных Штатов этого не понимают. Они считают, что можно добиться такого подавляющего превосходства, которое позволит решить дело одним ударом и не получить такой удар в ответ. Если довольствоваться тем, что у нас есть, и не тратиться на оборону, когда-нибудь так и будет. Мы живём в очень интересное и опасное время. Возникают новые центры сил, и прежним игрокам это нужно учитывать. Но к превосходству привыкают, а ещё быстрее привыкают жить не по средствам и начинают считать такое в порядке вещей.
– А что можете сказать о других угрозах существованию человечества, кроме войны?
– Что о них скажешь, Настя? – пожал он плечами. – Потенциально таких угроз много, но с ними нет ясности. И пока столько сил тратится на войну и каждый заботится только о своих интересах, не получится ничего сделать. Чем хуже живут люди, тем меньше их беспокоят какие-то отдалённые катаклизмы, которые то ли будут, то ли нет. И они не склонны тратиться, чтобы их предотвратить. Нас ведь тоже обвиняют во многих грехах, а сами подрывают возможности нашей экономики. Деньги всегда тратятся на первоочередное – это заложено в природе человека.