– А почему ты в кровати? – удивилась мать. – Лежишь просто так, без книги. Ты не заболела?
– Я хорошо себя чувствую, просто захотелось полежать. Могу я немного расслабиться? Минут десять полежу и встану.
В бассейн поехали на такси, которое вызвали по телефону. У кассы девушек не было, но они не договаривались, где встретятся, поэтому купили билеты и пошли в раздевалку. Бассейн при двадцать седьмом лицее не отличался большими размерами, но и людей в нём было немного. Оля жутко стеснялась в купальнике, но только до тех пор, пока не очутилась в воде. Движения она помнила и тут же попыталась плыть, едва не наглотавшись воды. Сделав ей пару замечаний и показав, как нужно плавать, Настя сама проплыла по одной из трёх дорожек до конца и вернулась обратно. Сестра уже плавала, но держалась у ограждения, за которое время от времени хваталась рукой.
– Может выйдешь отдохнуть? – спросила Настя. – Ну как хочешь. Смотри, дальше не заплывай: там для тебя глубоко.
Из дверей гурьбой вышли девушки с секции. Рядом с некоторыми шли младшие братья и сёстры. Настя поднялась по лесенке и помахала им рукой. Вскоре все плавали, ныряли с вышки и болтали, по очереди присматривая за молодняком. Этот поход в бассейн сделал то, чего не смогли сделать поездки в секцию: она если и не подружилась с девушками, то стала для них своей. Сестра к концу их пребывания в «Жемчужине» уже неплохо плавала и даже пыталась нырять. Она была в полном восторге, к тому же познакомилась с мальчишкой своего возраста, поэтому уходила с большой неохотой. Они помылись под душем, высушили волосы феном и всей компанией вышли из лицея.
– Вы куда? – спросила Настю Алла.
– Пойду ловить такси, – ответила она.
Выяснилось, что за Аллой и её братом должен подъехать отец. Сулемины жили недалеко от Никитиных, поэтому могли их подвезти. Остальные попрощались и ушли, а они несколько минут ждали машину.
– Дочери Николая Алексеевича? – спросил приоткрывший дверцу полковник. – Конечно, подвезём. Садитесь, девочки.
После приезда их накормили обедом, а потом Оля ушла с матерью в комнату родителей делиться своими впечатлениями, а Настя села рядом с отцом смотреть новости.
– Что-то сдохло в лесу, – пошутил он. – Тебе мало компьютера? Я уже не помню, когда ты смотрела этот ящик для идиотов.
– Я посмотрю только новости, – ответила она. – Папа, что это за пушка?
У неё в руке появился пистолет, который протянула отцу.
– Ого! – удивился он. – Откуда у тебя этот крутой ствол?
– Сначала ответь ты.
– Семнадцатый глок, – ответил отец. – Этот армейский пистолет производят в Австрии. Из-за пластикового корпуса он легче других. По-моему, в нём семнадцать патронов девять на девятнадцать. Хорошая машинка, но наш СПС лучше. А теперь рассказывай.
Она рассказала о последнем полёте, ничего не скрывая, и предупредила, что матери с Таней лучше не знать о её возможностях.
– Об этом вообще никому нельзя знать! – взволнованно сказал он. – Если узнают, за тобой начнётся охота! Для тех, кто правит государствами, ты самое страшное оружие! От тебя можно укрыться, окружив себя телохранителями или забившись в какое-нибудь убежище, но многие захотят так жить? Возможность проникнуть в любое место, для которого есть фотография, и незримо в нём присутствовать – это… у меня нет слов!
– Я стёрла им память…
– Всего не предусмотришь, – возразил отец. – Ты уверена в том, что обработала всех? У них наверняка было боевое охранение. Оно выдвигается в сторону противника, поэтому ты могла не увидеть их бойцов. Видели ли они тебя – это вопрос! Я попрошу больше так не рисковать! Вместо взорванной техники и боеприпасов очень скоро привезут другие. Это, моя милая, государство, и одиночки с ним много не навоюют, даже такие, как ты. Допросят твоих зомби и узнают, что противник применил какую-то психотропную дрянь. Откуда она у ополченцев? Ясно, что мы им что-то подкинули. Так это и воспримут, ещё и подбросят прессе! Единственный плюс от твоей авантюры – это то, что уничтоженная батарея не будет стрелять по Донецку. Но им ничего не стоит поставить там две такие батареи и наверстать упущенное! Там сейчас тупиковая ситуация и решит её очередное крупное сражение. Если не отбросить противника километров на тридцать-пятьдесят, эти провокации будут продолжаться без конца. Никто из тех, у кого там сейчас власть, не заинтересован в мире, не говоря уже об американцах. Мне тебе и дальше читать политинформацию, или до тебя уже дошло?
– Не собираюсь я туда лезть, – ответила Настя. – Научишь стрелять из пистолета? Не бойся, он будет на хранении. Использую, если прижмёт. Магия действует недалеко. – Этот ствол тоже прицельно бьёт только на пятьдесят метров, – предупредил он, – и я не достану к нему патронов. Проси Митрофанова, пусть привезёт из-за границы. Там патронов под Парабеллум как грязи.