Хэн что есть силы сопротивлялся, но оппонентам не потребовалось много времени, чтобы скрутить его и прижать лицом в пол, когда здоровяк-налетчик придавил своим ботинком тыльную сторону его шеи.
Имея слегка перекошенную панораму коридора, Хэн наблюдал за тем, как к нему спешат Рек и тощий субъект.
– Ладно, герой, - бросил громила, - поднимайся.
Давление на шею ослабло, и Хэн тяжело выдохнул. Во рту чувствовался привкус крови, да еще и в руке неожиданно обнаружилась пульсирующая боль. Пока он поднимался на ноги, показался еще один налетчик, который вел под конвоем Дрому, Элан и Вержер, нацелив на них дуло бластера.
– Я обнаружил этих троих, когда они трусливо уносили ноги, - доложил он Реку.
– Мы просто разыскивали освежитель, - услышал Хэн добродушный голос Дромы. - Когда он нужен, его никогда нет поблизости.
Рек приблизился к ним на пару шагов и окинул каждого из них внимательным взором. К большому удивлению Хэна, Рек, по всей видимости, не опознал его, но, вероятно, только потому, что все его внимание было сосредоточено на Дроме.
– Ты… рин? - отважился на предположение Рек.
Дрома еле заметно поклонился.
– Самый раритетный экземпляр для любого охотника - падальщика.
Проигнорировав эту ремарку, Рек скосил глаза на Вержер и покачал головой.
– Никаких догадок.
На лице Вержер появилось застенчивое выражение.
– Такой уж уродилась.
Рек сделал еще один шаг вдоль шеренги и окинул пытливым взором Элан. Внезапно уголки его губ дернулись в понимающей улыбке. Он повернулся и подал знак своему тощему пособнику.
Из прочного кейса, что стоял у его ног, долговязый вытащил за загривок мерзкое острозубое существо, напоминавшее результат скрещивания нг'ока и квилларата. Хэн услышал, как Элан громко сглотнула, и увидел, как ее глаза расширились от ужаса, когда укротитель позволил существу принюхаться к ней. Почти мгновенно верхний слой кожи стал отгибаться от носа, щек и шеи Элан, скатываясь под воротник блузки, той, что нашел для нее Дрома. Раздуваясь на ходу, слой кожи выскользнул из-под каймы ее юбки, прошелестев по голым ногам, сполз на пол и метнулся в поисках укрытия, открывая Элан во всем ее татуированном великолепии.
Краем глаза, Хэн углядел, как челюсть Дромы в изумлении отвисает.
– Попалась! - ликующе воскликнул Рек.
Двое мужчин подступили к Элан, чтобы взять ее под охрану. В тот же миг существо, унюхавшее углитха-маскуна, с громким рыком вырвалось из рук укротителя и яростно метнулось в сторону живой оболочки, вцепившись в нее острыми как бритва зубами и перемалывая, словно кусок мяса. Юужань-вонг не отставал, и, схватив подопечного за шкирку, засунул его вместе с изодранной кожей-одеждой обратно в кейс. Рек выглядел чрезвычайно довольным.
– Вот так мы боремся с углитхами-маскунами, - поведал он лишившейся кожи Элан. - Маскунов напугать так же легко, как и…
Слова Река повисли в воздухе, когда его взгляд остановился на Хэне. Его зрачки также несколько расширились; приятное удивление в его взоре смешалось с внезапной тревогой.
– Хэн? - отважился он. - Хэн, это же ты, да? Поседел, погрузнел, но стрельба такая же меткая, ухмылка такая же кривая и все тот же взгляд сердцееда.
– Привет, Рек.
Рек широко оскалился и ткнул пальцем в подбородок Хэна.
– Я не помню этого шрама.
– Я мог бы заживить его, Рек, но он напоминает мне о том, что мое прошлое все так же реально.
Несколько мгновений Рек выглядел смущенным, после чего рассмеялся, как будто ничего не произошло.
– Хэн Соло. - Покачивая головой из стороны в сторону, он повернулся к сообщникам. - Вы можете в это поверить? Хэн Соло. - Когда он сделал вокруг Хэна полный оборот, улыбка на его лице сменилась раздражением. - Полагаю, именно тебя назначили присматривать за этой парочкой.
– Все произошло не совсем так, как ты думаешь, Рек.
– Не сомневаюсь, - он указал пальцем на кейс юужань-вонга. - Ну, что ты думаешь о демаскуне?
– Скажу прямо, ошибок от тебя не дождешься.
Рек фыркнул.
– Эй, мне не позволяют.
– А ты пробовал оглянуться вокруг, Рек? Как далеко ты готов зайти?
– Не дальше этого юужань-вонгского корабля.
– Будь я на твоем месте, я бы пересмотрел объекты своей преданности.
– Преданности? - в голосе Река звучало слегка преувеличенное беспокойство. - Почем нынче преданность на свободном рынке? - он вновь захохотал, на этот раз с ехидством в голосе. - Подобные тебе люди просто умиляют меня, Хэн. Барышники, у которых кишка тонка переметнуться и которые вдруг кличут себя патриотами. Я знаю, чем все обернется на этот раз, и я сделаю все возможное, чтобы жить по окончании этой войны долго и счастливо.
– Ты говоришь об измене, Рек.
– Да, я бегло разговариваю на этом языке, мой друг.
Хэн подавил желание впиться своими оцепенелыми пальцами в горло Река.