В соцсетях висело всего одно сообщение от заказчика о дедлайне, я решила ужаснуться уже в корпусе общаги, там хоть кому-то поплакаться на этот счет можно. Приоткрыв балкон, я попросила Серегу посмотреть за малыми, поскольку мне уже домой пора, тот лишь пожал плечами и сказал, что еще даже девяти нет.
— У меня… проблемы. Так что… — я пожала плечами, вымывая тарелку за Костиком, тот же в этот момент пытался стащить у брата колбасу, Коля же добродушно кинул колбасой в Костика.
Серега покачал головой, хватая со стола тряпку, вытирая руки мелких, говоря, что едой кидаться нельзя. Жуя, Костик понимающе кивал головой.
— Мелочь, пока, — уже выставив тарелки в шкафчике, убрав за пацанами, я потрепала их еще влажной рукой по голове. Пацаны покивали головами, Серега просто помахал рукой, говоря о чем-то с близнецами, — Ма… — заходя в комнату, я наблюдала, как сестра о чем-то рассказывает матери, а отец, смотрит телевизор, не принимая в их беседе не доли внимания, — я это… пойду.
— М? — отец обернулся на мой голос, — комендантский час уже что ли, — он поднес руку с часами к лицу, вглядываясь в стрелочки, — так десяти еще нет, вас должны пускать… или он до одиннадцати даже?
— Да нет… просто… дела, — рассеяно отвечала я, бесцельно глядя на экран. Сестра за спиной фыркнула, мол, вот такая я плохая сестра, мама ее поддержала, говоря, что побухать в общаге мне важнее, чем поздравить сестру.
Тяжело вздохнув, я поцеловала отца в щеку, говоря, что позвоню если, что. Тот пожал плечами, сказав, что можно звонить и Аньке, сегодня они ночуют тут. Завтра домой поедут, они уже выпили, за руль не сядут.
— Во как, значит с отцом так говорит как человек, а как матери, так молчаливые кивки, — буркнула мама.
— Да ладно тебе, — улыбнулась я, помахав им с сестрой рукой, — не хотела вам с Анькой мешать, — мама усмехнулась, мол, нашла как отмазаться.
Уже выскочив из дома я достала из кармана пачку сигарет и нашла зажигалку похлопав по карманам джинс. Откинув крышку пачки обнаружила, что уже и половины пачки нет, хотя не прошло и трех дней, обычно мне и на неделю с чем-то пачки хватало, а то и месяц. Я оглянулась на балкон сестры, вроде никого не было и подавив в себе совесть щелкнула колесиком зажигалки, делая затяжку.
Надеясь, что двести рублей хватит на такси до общаги, я набрала уже выученный наизусть номер. Вежливая девушка в трубке сказала, что нужно подождать десять минут. Как раз докурю. Подойти надо было к остановке, но идти по пустующей алели не хотелось.
— Чайка, я уже еду, — вздыхаю в трубку, соседка по комнате недовольно бурчит, что пора запомнить ее имя.
— Я понимаю, паранойя и все такое. Но может еще час погуляешь, а?
Я закатываю глаза, а Вика, пользуясь моим молчанием, начинает уверять меня, что мне просто кажется, что я от одиночество свихнулась и, что вообще — мне мужик нужен, не боялась бы тогда больших черных машин. Присаживаясь на пустую скамейку на остановке, все еще слушаю Вику… но та резко обрывает свою речь и просит задержаться на час и кидает трубку, не дав мне ничего и сказать.
Два дня назад меня чуть не сбила в переулке одна большая черная машина и теперь каждый черный автомобиль я встречаю с опаской, а еще с подозрением, потому что в тот день мне казалось, что именно та машина стоит под нашими окнами. Вика посмеялась, да-да странно, что под окнами женской общаги стоит черный автомобиль… к какой-нибудь дамочке с первого курса приехали, не переживай.
А потом из машины вышел странный парень и медленно куря, смотрел на наше окно, будто мог заметить меня или буквально видел меня в нем. Он так смотрел час, сидя на своем капоте, пока из другой двери не вылезла девушка, и зарядив ему подзатыльник, заставила сесть в машину. Вика посмеялась, сказала, что я лезу в чужие проблемы, и вообще странно называть человека подозрительным, когда он смотрит на окно, когда сама пялишься на него час… лучше бы начала работу.
Пробую набрать номер Вики еще раз, но она сбрасывает. Я прям, вижу, как она от злости тычет в экран своим пальцем и ругается себе под нос. Кинув окурок в пепельницу рядом, я пролистала контакты, ища номер кого-то, кто меня может пустить к себе на ночь, не доберусь до десяти домой, как вчера, эта машина снова закроет меня в ловушке переулка. Вика, твердо настаивала, что это паранойя, что машина просто парковалась, а я как дурочка устроила истерику.
Хотелось попасть домой засветло.
Когда я начала набирать номер Миши, передо мной остановилось такси, мужчина открывший дверь спросил, не я ли заказывала. Быстро кивнув головой, я залезла в салон, увидела счетчик. Поняла, что по завершению поездки придется раскошелится и попросив минуту, быстро дозвонилась Мише.