— Похоже, да? — довольно интересуется тот самый Макс, взъерошив светлый ежик волос.
— Есть что-то… не зря же фонит. Все понимаю, но почему вы притащили мне эту потеряшку? Другую блондинку не нашли что ли, что на этой зациклились? Тем более… — он подошел ко мне ближе, и схватил за прядь волос, перекатывая их в пальцах, я не дернулась, чтобы не сделать себе больно, лишь зло поджала губы и решила не протестовать, вроде бить меня никто не собирался, — она крашенная ребят, не наш тип… совсем.
— Да кто знает, шеф. Может и наш тип давно перекрасился, ее кроме нас еще куча народа ищет… да и СБЭ ее ищет, эти собаки любую крысу вынюхают, в нашем случае сук… — парень получил сильный подзатыльник от Валеры, мужчина на эти слова довольно кивнул, благодаря как бы.
— Может ты и прав, девушки меняют цвет волос как деревья по сезону, а потом так же быстро лысеют, волосы выпадают, как и листья на деревьях… одна проблема, на деревьях листья заново ведь появляться, — вздохнул названный шеф, отпуская прядь моих волос.
— Ужасная аллегория, шеф, — сказала Валера.
Мужчина фыркнул, снова поправил пиджак, но не отошел от меня, а протянул карточку. Я вздернула бровь, у меня как бы руки связанны как я ее возьму, но он мне и не предлагал этого сделать, попросил посмотреть.
— Может, узнаешь кого, не зря ведь такую потеряшку, как тебя притащили? — вздохнул мужчина и встав за моей спиной, от чего я напряглась, вытянул руку и на фото я увидела расплывчатое лицо женщины, видимо снятое с камеры какой-то автомобильной остановки.
Я напрягалась, вглядываясь в фото, призывая себя сдерживать свое подобие эмоций.
— Другую бы и не притащили, — фыркнул Макс, складывая руки на груди.
— Это почему? — мимоходом интересовался мужчина, он не смотрел на меня, но я затылком чувствовала, как он изучает меня, словно читает мои мысли… и что значит фонит? В зоне радиоактивных мест никогда не находилась, на Украине не бывала, до Японии не доехала бы.
— Потеряшек вообще — нет, — отметила Валера, не поднимая головы, — ни одной… в районе города и районах по пути только мелкие сдвиги, в итоге оказавшиеся дырами в кладбищах.
— Это странно… — пробормотал мужчина, а затем резко убрал фото от моего лица, — воды? а то вы молчите и молчите, — усмехнулся он, обходя меня.
В голове все еще сидел образ женщины на фото, оказавшейся моей учительницей по английскому, которая замещала временно заболевшую старушку преподавательницу. В университете она появилась две недели назад и это случилось вовсе не внезапно. Все знали, что кто-то из района ее заменит… а молодая преподавательница даже радовала глаз парней. Может просто похожая? Там блондинка, наша же темненькая.
— Откажусь, — пробормотала, паранойя прогрессировала и я не желала брать воду из рук непонятного мне человека… хотя, так мне руки развяжут, — только если чуть-чуть…
— О, это же прекрасно… знаете, единственное почему я вас все еще не развязал - это только потому что мы не знаем, что с вами делать, загадка вот такая неловкая… я бы вас отпустил, даже сейчас, — говорил он наливая в стакан воды, — но вы же поднимете шуму, с криками убежите, так что — нет, не могу. А еще я вижу, как ваши глаза шарят по столу в поисках чего-то тяжелого или острого. Но не получится.
— Почему? — хмыкнул Макс, — шило?
Я взглядом тут же отыскала большое шило, лежащее рядом с какой-то книгой, словно мужчина недавно вспарывал каптал.
— Далеко — упадет, — тут же откликнулся мужчина и отставил графин в сторону.
— Раскачает ножки — упадет, сломает стул? — поинтересовалась Валера.
— Грубо, и стул крепкий, даже слишком, скрипел — был бы шанс, так просто упадет, — продолжает он, словно специально откидывают мою теорию за теорией.
— Встанет и ударит нас? — оживился Макс, словно пытался вжиться в мою роль.
— Пока встанет и настроит равновесие, чтобы не повалиться на пол, Валера уже сработает. Она просто упадет, от любого качка, тело неустойчиво в таком положении.
— Вы так говорите, словно Валера робот какой-то, — усмехнувшись замечает парень, Валера молча реагирует на слова.
— И да… руки вам не развяжу, стакан в них точно не дам, один удар стакана о любую поверхность стула и тот расколется, помогая вам разрезать верезвку, а со свободными руками вам будет легче передвигаться, даже если ваши ноги привязаны, да и нельзя исключать вариант, что вы его просто кинете в кого-то. А разбитое стекло — опасное оружие… нет, не так — невероятное орудие, — хмыкнул мужчина и я зло фыркнула, сказав, что воды мне не надо, перебьюсь.