К тому времени от флоры и фауны на планете мало что осталось, неукротимое человечество уничтожило все, что посчитало враждебным или ненужным, оставив лишь редкие экземпляры животных жить в специальных огороженных местах.
Ужасный это был сон, красочный и подробный, он показывал мельчайшие детали прошлой жизни из того, что его когда-то окружало. Сердце колотилось, а руки сжимались и разжимались, пытаясь поймать ускользающую добычу.
И чем дольше он длился, тем больше Торк испытывал страх. Его человеческая составляющая оказалась наполнена до краев этим жутким тяжелым чувством. Он рождался то мужчиной, то женщиной, и каждый раз его жизнь обрывалась трагически, гораздо раньше своего естественного конца. Обычно он умирал от удара мечом в спину, иногда от ужасной эпидемии, которая приходила к людям, запертым в каменных городах.
Несколько раз ему везло просыпаться воином, и тогда убивал он сам, стреляя из разнообразного оружия и умирая от снарядов и пуль противной стороны.
Последняя жизнь, когда он оказался один на один с безграничным и чрезвычайно враждебным к нему миром, показалась ему самой ужасной, возможно потому что закончилась она тем, что его поймало неизвестное существо, которое засунуло в огромный цилиндр, заполненный раствором какой-то органики. Инопланетянин заставил заново переживать эпизоды прошлых жизней, записанные на уровне генетического кода, отчего тело менялось, становилось более сильным. Его мышцы росли, глаза становились острее, слух тоньше…
Ей снились сны, и в них она впервые за свои двадцать с небольшим лет чувствовала себя по-настоящему счастливой. Так было легко оттолкнуться от земли и взмывать вверх, подбираясь все выше к небесам — туда, где воздух тает, превращаясь в легкий газ. Но как же там было прекрасно!
Небо беспросветно черное, а звезды настолько близки и ярки, как никогда не бывают внизу, и, кажется, стоит сделать еще один рывок, и ты дотянешься до них, и будешь купаться в их лучах, как в прозрачной дождевой воде.
Но, увы, до них не добраться, потому что крылья не держат: одно долгое мгновение балансируешь в пустоте, а потом срываешься и несешься вниз в неуправляемом пике, захлебываясь от ощущения невиданного неизведанного ранее чувства. И только перед самой землей, где воздух вновь становится упругим и теплым, выравниваешь полет, переходишь в плавное планирование и опускаешься на твердый камень.
Это твой мир, и ты его властелин, в котором никто и ничто не сможет скрыться от всевидящего твоего ока, не сумеет умчаться от крепких лап, которые стиснут теплое дергающееся, пытающееся вырваться, тело, пронзят его острыми когтями, и сладкий вкус крови омоет пересохшее горло.
Мгновение, и ты снова поднимаешься вверх, разжимаешь лапы, и то, что еще недавно паслось внизу, поедая сочную зеленую траву, падает на землю, превращаясь в кусок свежего парного мяса, наполненного легкой горчинкой страха.
И ты садишься на одиноко высящийся утес и, не торопясь, смакуя каждый кусочек, ешь, вонзая клюв в теплые внутренности, наполненные наполовину переваренной травой.
Божественный вкус и сладость! Нежный аромат и ощущение тихого блаженства!..
Даже во сне этот сон показался Алане странным — вероятно, потому что в жизни она никогда не испытывала ощущения полета.
Но имелось что-то общее с этим сном и тем, что находилось вокруг нее — она чувствовала резкий запах сочной травы!
Что?!!
Птаха недоуменно открыла глаза и увидела, что лежит на помятых стеблях сочащихся ярко-зеленым соком, невероятных ярких, почти изумрудных растений, а над головой раскинулось чужое серо-зеленое небо.
Дышалось легко, в плотном воздухе было разлито много кислорода, в котором, наверное, так легко летать.
Летать? Алана горько усмехнулась и приподняла голову.
Огромное незнакомое светило вылезало из-за горизонта, открывая ее взгляду плоскую бескрайную равнину, наполненной буйной зеленью трав и цветов. Она вдохнула глубоко воздух и вздрогнула: недалеко прозвучало яростное рычание, настолько громкое, что ей показалось, что какой-то чрезвычайно свирепый и опасный хищник находится рядом.
От сна сразу ничего не осталось, птаха вскочила на ноги, нервно хлеща хвостом по высокой траве и черной земле. Где она? Как здесь оказалась? Кто ее сюда поместил?!