– З-знаете, Владис-слав Иванович, а я рада, что ус-строилась на работу именно к вам, – проговорила, якобы совсем уж еле-еле ворочая языком, и, уронив голову ему на плечо, прикрыла глаза.
Он меня не стряхнул, хотя снова ощутимо напрягся, а я подумала: чёрт возьми, мне ведь действительно повезло, что целью оказался не Смурыгин, а Резуненко.
Когда такси остановилось, я не стала открывать глаза: было интересно, что предпримет босс. Будет ли будить? Вынудит ли идти на своих двоих?
– Лилия Алексеевна, мы приехали... – мужчина осторожно коснулся моего плеча.
Я не реагирую.
– Лилия... – снова касается он.
Ха, уже без отчества? Прогресс! Продолжаю делать вид, что сплю, хотя отчаянно хочется рассмеяться.
– Лилия, – прикосновение стало ощутимее.
– М-м-м? – делаю вид, что кое-как продираю глаза.
– Ладно, всё с вами понятно, – он своими силами пытается извлечь меня с заднего сидения.
Это удаётся не сразу, я всё выскальзываю и делаю попытки улечься (а параллельно с этим снимаю прикреплённую к водительскому сидению камеру), так что ему приходится попотеть. Когда мы, наконец, оказываемся вне салона, а машина отъезжает, я почти вешу на шефе. Он одной рукой прижимает меня к боку, а в другой держит вещи. Наверняка Резуненко сейчас проклинает всё на свете и меня в первую очередь. Сделав несколько шагов в направлении дома, он отказывается от затеи тащить меня таким образом, потому что ноги у меня заплетаются и я норовлю просто-напросто проехаться ими по асфальту. Чертыхнувшись, мужчина... нет, не подхватывает меня на руки аки принцессу, как поступил бы любой уважающий себя принц, а... забрасывает на плечо, как какой-то пещерный человек! И быстро идёт к подъезду.
Мой организм тут же возмутился такому обращению. Мало того что я поела, так ещё и выпила, и теперь не просто вишу головой вниз, а ещё и в живот упирается мужское плечо.
– М-м-м... меня с-сейчас вырвет... – бормочу на полном серьёзе, когда мы уже оказываемся в подъезде.
Меня тут же сняли с плеча и снова поставили на ноги (Надо же, какие волшебные слова!), а потом таки взяли на руки, хотя я прекрасно понимаю, как неудобно держать женщину таким образом, если у тебя одна рука занята папкой с документами и женской сумкой. Донеся до лифта, меня аккуратно занесли в кабину, потом вынесли и вновь поставили на ноги. Я тут же стала сползать вниз, поэтому мужчина, в который раз чертыхнувшись, одной рукой притиснул меня к себе. Далее послышался звон ключей, меня снова подняли и понесли вглубь квартиры.
Я следила за происходящим сквозь полуприкрытые веки, поэтому более-менее ориентировалась в ситуации. По пути наклонившись, чтобы поставить на пол мою и свою сумки и освободить, наконец, руку, мужчина перехватил меня поудобнее и направился в комнату. Когда на горизонте замаячила кровать, я одновременно и разволновалась, и воодушевилась, а мысли в голове завертелись с утроенной силой. Просто идеальный момент для провокации!
Идеальный-то идеальный, но только каковы будут последствия? И стоит ли игра свеч? Квартира скрытыми камерами не оборудована, сумка вместе со спрятанной камерой осталась в прихожей, так что есть только камера в очках. Однако будет ли от неё толк?
«Лиля, ситуация рискованная, уверена, что хочешь продолжить?» – обеспокоенно просила Алиса.
– Угумс, – якобы в полусне выдала я, хотя уверенной не была, но и упускать такой удачный момент было жаль. Босс кажется мужчиной адекватным, так что вряд ли на меня набросится, если я буду так уж против, хотя кто его знает, что на самом деле скрывается за этим сдержанным фасадом. Вдруг ему только повод нужен, чтобы пуститься во все тяжкие... И я решила действовать по ситуации.
Дождавшись, когда мужчина поднесёт меня к кровати, снова сделала вид, что начинаю просыпаться, и взбрыкнула, причём довольно основательно, якобы пытаясь понять, почему меня тащит посторонний мужик. В итоге шеф (который, не будем об этом забывать, тоже выпил, и немало), пытаясь удержать равновесие, сделал неосторожный шаг, споткнулся о складку коврика и с витиеватым ругательством на устах полетел на кровать, увлекая за собой и меня.