СЦЕНА 2
КОРОЛЕВА:
Садовник доложил — в саду волненья,
фруктовые поднялись против туй!
А кто твердил, что туя — панацея?
(Запускает ореховой скорлупой в Министра Насаждений.)
МИНИСТР НАСАЖДЕНИЙ:
Твердил, я и теперь не отрекаюсь!
У туи острый запах, бодрый вид!
Она дисциплинирует желанья,
хранит от порчи, моли, комаров.
Какая свежесть в туевых аллеях!
Да и вообще, о том, чтоб их сажать,
мы принимали общее решенье.
Припомните, под сенью старой груши
был создан коллективный договор.
Министр Ограждений был не против…
Я не солгал, Министр Ограждений?..
МИНИСТР ОГРАЖДЕНИЙ:
Да… нет… Нет… да!.. Я лишь хочу сказать,
что шел у вас двоих на поводу!..
Ты так смотрел, что я и слов не слышал!..
А я хотел… желал…
а ты!.. а ты…
МИНИСТР НАСАЖДЕНИЙ:
Оставь все эти штучки, дело в туе!
Сажать иль не сажать — вот в чём вопрос?
Каким манером, где, когда и с кем!
А ты своей покорностью коровьей
меня лишь отвращаешь от себя!
Какая наглость, лезть ко мне… в лицо,
когда я утверждаю — дело в туе!
Волненья! Государственный вопрос!
А он мычит теленком: «слов не слышал»!
КОРОЛЕВА:
Вы не устали бестолку орать?
У нас совет или базар турецкий?..
МИНИСТР ОГРАЖДЕНИЙ:
В угоду ей меня ты можешь бросить?!
Ведь Королева — женщина, пойми!
Лет через пять её прокиснут бёдра,
обвиснут груди дынями, живот
нальётся, как камышинский арбуз!..
Она уже дозрела, и к тому же,
насытить её трудно, как Сахару,
а я… а я могу всё сделать сам!
Ты только прикажи, и я отдамся,
как лилия ножу… как песня утру!
Со мной ты позабудешь, что живёшь —
так ненадёжна грань Любви и Смерти!
КОРОЛЕВА:
Ах, негодяй! Меня — при мне — хулить?!
Ужели ты, Министр Ограждений,
забыл, кто помогал тебе подняться?
Да если б не мое расположенье,
ты по сей день бы нарезал лозу!
А из остатков тайно плёл корзины!
Я подняла тебя из-под плетня!
Умыла! Научила пить «Мартини»
и есть второе вилкой и ножом!
Ты всё берёшь, а отдавать когда же?!
МИНИСТР НАСАЖДЕНИЙ:
Я на своем стою — всё дело в туе!
(становится между Королевой и изрядно струсившим Министром Ограждений.)
В любом монаршьем доме есть наследник,
и наша неотложная задача
произвести его на белый свет!
КОРОЛЕВА:
Наследник нужен. Кто же с этим спорит?
Но я хочу, чтоб был он от него!
(садится на колени Министру Ограждений)
Хоть и подлец, но мне он всех желанней!
Хочу, чтоб эти глазки цвета глины
и длинный носик в крапинках веснушек,
и это всё… всё в сыне повторилось!
МИНИСТР НАСАЖДЕНИЙ:
Целуй свой нос, коль так уж влюблена,
Но с туей мы вопроса не решили.
Хоть ночь одну, но мы должны быть вместе!
Смотри на жизнь без флёра: ты и я!
(пытается оторвать Королеву от Министра Ограждений. Тот ему охотно помогает.)
МИНИСТР ОГРАЖДЕНИЙ:
Ах, госпожа, я так тебя ценю!..
Но сердцу не прикажешь…
КОРОЛЕВА:
Не прикажешь?!
Приказываю быть тебе моим!
МИНИСТР ОГРАЖДЕНИЙ:
Я твой… но… до известного предела…
Вот мой избранник!.. Мой тиран! Мой гений!..
КОРОЛЕВА:
Ты должен! В интересах государства!
Хоть ночь одну! Всего одну лишь ночь!..
Зачатье состоится — отпущу.
МИНИСТР НАСАЖДЕНИЙ:
Да он не может, ты пойми, дурёха!
На персике не вырасти арбузам!
А я — могу. Я хоть сейчас могу!..
МИНИСТР ОГРАЖДЕНИЙ:
Предатель! перекрестный опылитель!
Ты ради бабы в грязь втоптал любовь!
(Пытается убежать.)
КОРОЛЕВА:
Постой, моя любовь, не ускользай!
Мне так темно… но есть же где-то выход?..
СЦЕНА 3
МИНИСТР ОГРАЖДЕНИЙ:
Шумят, шумят… вот-вот плетень обрушат…
Ты слышишь, Королева, этот гул?
Фруктовые вступили в сговор с дубом,
тот притянул березу, ясень, клён…
Осина хоть дрожит, но вместе с ними
КОРОЛЕВА:
Чего они хотят?
МИНИСТР ОГРАЖДЕНИЙ:
А ты не знаешь?
Фруктовые — подкормки и полива,
а дикие — свободы и дождя
КОРОЛЕВА:
Но ты же в курсе, что казна пуста!
Все средства были брошены на тую.
Где я возьму подкормку? Нарисую?
А дождь? Не говоря уж о свободе!..
МИНИСТР НАСАЖДЕНИЙ:
Я вам твердил не раз, что выход есть.
Наследник — вот и выход, и спасенье!
От дня зачатья и до дня рожденья
объявим повсеместно торжества!
А в дни торжеств — зачем народу бунты?
Родится принц — младенца коронуем…
КОРОЛЕВА:
А как же я?
МИНИСТР НАСАЖДЕНИЙ:
А ты живи при нём.
Мать–регентша! И снова — торжества!
Нет, ты подумай, с регентши и спрос
при той же власти только половинный.
Чуть что, ты — Мать! И главное, хранить
тебе малютку — сына для престола.
Не нравится решение народу?
Но это воля сына — не твоя!
Что может мальчуган? А вот дозреет,
и будет всем свобода и полив!
КОРОЛЕВА:
Ты прав во всём, хоть слишком говорлив.
Известно, коронованных особ
сжимают сапожками этикета —
он тяжелее всех дубовых рам,
в которых мне явили лики предки:
мне надо есть и пить по расписанью,
носить мне ненавистные одежды,
присутствовать на раутах, советах,
мне даже мужа без меня отыщут…
Но лишь одно! Одно лишь послабленье!
Родить ребёнка от того, кто мил!
Неужто мне и это не по силам?!
МИНИСТР НАСАЖДЕНИЙ:
Ну, сколько повторять одно и то же?
Ты МОЖЕШЬ взять! Да он ОТДАТЬ не может!
А я тебя люблю и полон сил!
И люб ему, но это — безнадёжно!