И только когда они улеглись в постели, у Элизабет появилась возможность пошептаться с сестрой наедине. Едва Горация увидела входящую в комнату сестру, как она отправила горничную восвояси, забралась с ногами на софу и, свернувшись клубочком, прижалась к Элизабет.
– Я так р‑рада, что ты п‑пришла, Л‑Лиззи, – доверчиво пробормотала она. – Шарлотта ужасно не одобряет ни моего п‑поведения, ни вида, верно?
Элизабет улыбнулась:
– Я уверена, что тебе в высшей степени все равно, одобряет она тебя или нет, Хорри.
– Ну, в общем, д‑да. Зато мне очень хочется, чтобы ты поскорее в‑вышла замуж, Л‑Лиззи. Ты даже не п‑представляешь, как это здорово!
– Мы надеемся, что теперь уже скоро. Но мама чувствует себя неважно, и я пока не загадываю наперед. А ты… ты-то счастлива, милая?
Горация энергично затрясла головой.
– О да! Вот только иногда я не могу отделаться от ч‑чувства, будто украла М‑Маркуса у тебя, Лиззи. Но ведь ты по-прежнему предпочитаешь Эдварда, не так ли?
– Да, – смеясь, ответила Элизабет. – Ты считаешь, что у меня дурной вкус?
– Что ж, п‑признаюсь, я не п‑понимаю тебя, – откровенно заявила Горация. – Но, п‑пожалуй, это оттого, что ты не настолько любишь светский шик, к‑как я. Л‑Лиззи, пусть это дурно с м‑моей стороны, но должна сказать тебе, что это очень здорово, когда можешь иметь все, что захочешь, и п‑поступать соответственно.
– Пожалуй, – с некоторым сомнением согласилась мисс Уинвуд. – Наверное, ты права. – Она искоса взглянула на профиль Горации. – Лорд Рул… разве не мог он сопровождать тебя в этой поездке?
– Если н‑на то п‑пошло, – призналась Горация, – он бы поехал, вот только я х‑хотела побыть с вами наедине, поэтому он и отказался от этой идеи.
– Понимаю, – сказала Элизабет. – Но разве тебе не кажется, милая, что вам было бы лучше приехать вдвоем?
– О нет, что ты, – уверила ее Горация. – Он все понимает. И, как мне представляется, муж с женой, если они светские люди, почти ничего не делают вместе.
– Хорри, милая, – с трудом подбирая слова, заговорила мисс Уинвуд, – не хочу уподобляться Шарлотте, но я слыхала, что когда… когда их жены чрезмерно увлекаются светской жизнью… джентльмены иногда начинают искать развлечения на стороне.
– Я знаю, – с умудренным видом кивнула Горация. – Но, видишь ли, я пообещала, что не стану вмешиваться в дела Рула.
Беспокойство Элизабет ничуть не уменьшилось, но она не стала более говорить ничего. На следующий день Горация вернулась в город, и известия о ней Уинвуды получали посредством почты и «Лондон газетт». Письма ее, однако же, были не слишком содержательными, но было очевидно, что она от всей души наслаждается жизнью, полной светских событий и увеселений.
Элизабет получила более подробную весточку о сестре от мистера Херона, когда тому случилось в очередной раз навестить ее.
– Хорри? – переспросил мистер Херон. – Ну да, я видел ее, но уже довольно давно, любовь моя. Она прислала мне приглашение на прием у нее дома, который состоялся во вторник на прошлой неделе. Все было просто великолепно, но ты же знаешь, что я не любитель шумных празднеств. Тем не менее я побывал там, – добавил он. – Мне показалось, что Хорри была в ударе.
– Счастлива? – взволнованно поинтересовалась Элизабет.
– Вне всякого сомнения! Милорд тоже буквально лучился дружелюбием.
– Он выглядел… по нему было видно, что он увлечен ею? – продолжала расспросы Элизабет.
– Любовь моя, – рассудительно заметил мистер Херон, – вряд ли можно было ожидать, чтобы он открыто проявлял свои чувства на людях. Он был таким, как всегда. Разве что улыбался чуточку больше обычного, как мне показалось. Видишь ли, Хорри, похоже, произвела в городе настоящий фурор.
– О боже! – воскликнула мисс Уинвуд, обуреваемая самыми дурными предчувствиями. – Только бы она не натворила чего-нибудь! – Бросив взгляд на лицо мистера Херона, она вскричала: – Эдвард, ты что-то слышал! Умоляю, расскажи мне немедленно!
Мистер Херон поспешил успокоить ее:
– Нет-нет, ничего особенного, любовь моя. Просто до меня дошли слухи, что Хорри, кажется, унаследовала роковую страсть к игре. Но сейчас играют почти все, сама знаешь, – он пожал плечами с самым равнодушным видом.
Но мисс Уинвуд ничуть не успокоилась, да и неожиданный визит миссис Молфри, которая явилась в гости на следующей неделе, не развеял ее опасений.