– Святой боже, Хорри, неужели все так плохо? – ошеломленно вскричал Херон.
– Нет п‑пока, но если я не в‑верну свою брошь, то это обязательно случится. Я п‑плохая жена, Эдвард, теперь я это п‑понимаю.
Капитан Херон присел рядом с ней на софу и завладел ее рукой.
– Бедняжка Хорри! – нежно сказал он. – Быть может, ты расскажешь мне все с самого начала?
История, которую она, запинаясь, поведала ему, выглядела запутанной и невероятной, но, спустя некоторое время, он все-таки сумел разобраться в происходящем и высказал мнение, что до развода дело не дойдет.
– Но вот что я думаю, Хорри, – сказал он. – Ты должна рассказать обо всем Рулу.
– Я не м‑могу и не стану этого делать, – с надрывом вскричала Горация. – Кто когда-нибудь слышал о чем-нибудь п‑подобном?
– История действительно странная, – признал он. – Но я думаю, что он тебе поверит.
– Только не п‑после всех тех глупостей, что я н‑натворила. А если п‑поверит, то должен будет вызвать Л‑Летбриджа на дуэль или еще что-нибудь в этом роде. В‑выйдет скандал, и он не п‑простит мне того, что я стала его п‑причиной.
Капитан Херон предпочел промолчать. Он решил, что за всем этим что-то кроется. Он был не очень хорошо знаком с Рулом, но помнил, как Элизабет рассказывала ему о том, что заметила жесткую складку у его рта, и терзалась опасениями на его счет. Капитан Херон питал большое уважение к мнению своей супруги. Из рассказа Горации он сделал вывод, что пара живет далеко не в том блаженном состоянии супружеского счастья, коим наслаждались они с Лиззи. Если между ними уже существует некоторая холодность (каковая несомненно имеет место, поскольку Горация отказалась ехать в Миринг), то момент для признания действительно не самый подходящий. При этом капитан Херон не слишком полагался на силу убеждения своего зятя. Посему он похлопал Горацию по руке и заверил ее, что все непременно образуется, но сам не очень-то верил своим словам. Однако он считал себя в неоплатном долгу перед ней за то, что она отдала ему его Лиззи, так что вполне искренне предложил ей свою помощь.
– Я знаю, что могу на тебя п‑положиться, Эдвард, – неуверенно пробормотала Горация, – но, быть может, П‑Пел сумеет вернуть ее, и тогда все будет в п‑порядке.
Прошло много времени, прежде чем виконт, по-прежнему в сопровождении верного сэра Роланда, вернулся на Гросвенор-сквер, так что Горация уже не находила себе места от беспокойства, воображая ужасные сцены схватки и страшась, что в любой момент в дом могут внести бездыханное тело брата. Когда же он наконец вошел в комнату, она едва удержалась, чтобы не броситься ему на грудь.
– Ох, П‑Пел, я уже думала, что т‑тебя убили! – вскричала она.
– Убили? Кто мог меня убить? – осведомился виконт, выдирая рукав элегантного сюртука из ее цепких пальцев. – Нет, брошь я не принес. Этого малого нет дома, чтоб его черти взяли!
– Нет дома? И что же мы теперь будем д‑делать?
– Навестим его снова, – угрюмо ответил виконт.
Но и второй его визит, совершенный незадолго до ужина, оказался столь же безрезультатным, как и первый.
– Сдается мне, он просто прячется от меня, – сказал виконт. – Что ж, я поймаю его утром, прежде чем он успеет выйти из дома. Если же его чертов привратник опять скажет мне, что его нет, то я ворвусь туда силой и сам проверю, где он.
– В таком случае мне лучше пойти с тобой, – решил капитан Херон. – Если ты попробуешь вломиться в чужой дом, то у тебя наверняка будут неприятности.
– То же самое и я ему говорю, – кивнул сэр Роланд, до сих пор хранивший молчание. – Лучше пойти всем вместе. Утром загляну к тебе, Пел.
– Дьявольски любезно с твоей стороны, Пом, – сказал виконт. – Скажем, в девять часов.
– В девять часов, – согласился сэр Роланд. – Ничего не остается, кроме как лечь пораньше.
На следующее утро капитан Херон первым прибыл на квартиру виконта на Пэлл-Мэлл. Уинвуд уже был полностью одет и заряжал один из своих пистолетов с серебряной насечкой.
– Вот славная маленькая штучка для тебя, – сказал виконт, ставя курок на полувзвод. – Однажды я расстрелял из него картинки на игральной карте. Честон ставил десять к одному, что я вообще не попаду в нее. Словом, из этого пистолета промахнуться невозможно. По крайней мере, – наивно добавил он, – ты-то можешь, конечно, но вот я – точно нет.
Капитан Херон лишь улыбнулся, слушая, как он возводит хулу на его умение обращаться с оружием, и присел на край стола, глядя, как виконт засыпает в дуло порох.