захватывая одну из моих ноющих горошинок в рот, начиная сосать и ласкать языком мой
сосок, затем перемещаясь на другой.
Вот так. Я так близка к тому, чтобы начать умолять, хотя мой рот занят кляпом, но он
останавливается. Этот, бл*ть, мужчина останавливает свою ласку именно тогда, когда я
нахожусь на грани помешательства. Поднимается с кровати и я вижу ухмылку, которая
растягивается на его великолепном лице, в то время, как а я сижу здесь еле сдерживаюсь,
все мои нервные окончания в огне. Он прекрасно понимает, что ему надо раздеться. Он
снимает с себя оставшуюся одежду, оставаясь совершенно голым, а его член – прекрасное
доказательство того, насколько он себя контролирует. Обычно к этому моменту он уже
находится глубоко во мне. Но не сегодня.
Но вместо того чтобы вернуться обратно в постель, он идет к двери, у меня есть
возможность понаблюдать за его невероятного вида задницей, которая напрягается с
каждым его шагом. Он уходит, а я прислушаюсь к доносящимся звукам, но не могу
понять, что он там делает, пока не возвращается с бутылкой шампанского и не
откупоривает ее. Он подходит к краю кровати и смотрит на меня.
– Ложись.
Ладно. С кем, как ни с ним с бутылкой шампанского Кристал могу я еще спорить?
Не успела я лечь, как он опускается на колени, матрас прогибается под его весом и он
наливает пузырящуюся жидкость на мой живот.
–Такая красивая, – бормочет он.
Я напрягаюсь от чувства влаги на моем теле. Холодное. Идеально охлажденное
шампанское льется по моему разгоряченному телу, посылая искры желания в мои
жаждущие и ноющие соски. Я сцепляю крепче пальцы, вместо того, чтобы прижать спину
на кровати. Он наблюдает за моей реакцией, его член дергается, наблюдая, как я медленно
раскачиваюсь, отчаянно пытаясь двигаться, но стараюсь не пролить ничего. Он делает
глоток из горлышка бутылки и смотрит на меня дьявольским взглядом на меня. О чем он
думает?
Широко раздвинув мои ноги, он обхватывает своими пальцами бедра. В том местечке, где
начинаются мои бедра, он начинает потирать своими пальцами мои припухшие
складочки. Я заставляю себя оставаться спокойной – но это тяжело, особенно, когда я хочу
сорвать веревку, которой он связал меня. Он заставил меня лежать смирно из–за лужицы
шампанского на моем животе, прикасаясь своими пальцами к моим складочкам. Не
угрозами. Не наручниками. Всего лишь обещанием удовольствия и я наблюдаю, вытягивая
шею, за тем, как он опускает свой рот на мою гладкую плоть.
Ох, бля..! Соприкосновение его холодных губ с моей разгоряченной кожей заставляет меня
захныкать. Еще громче в тот момент, когда он начинает посасывать мой клитор в течение
каких–то невероятно крышесносных секунд, приближая меня к разрядке, и тут же
проталкивает свой язык внутрь меня. В том, как он посасывает меня, нет ничего дикого, он
заставляет меня раскрыться сильнее – пожалуй, наоборот, он нежный, мучительно мягкий
и я теряю контроль, будучи связанной и с кляпом во рту. Его глаза находят мои. Наши
взгляды встречаются, но я связана и не могу прикоснуться к нему...сказать ему, что он
делает со мной.
Он освобождает меня.
Я совсем другая здесь. Связанная, я не борюсь с собой – я представляю собой оголенные
чувства. Это все касается только нас. Этого он хотел?
Я извиваюсь, но Беннет продолжает, обхватывая руками мои бедра, втягивает мой клитор,
пока я не раскрываюсь полностью и не падаю в изнеможении. Он вылизывает меня
дочиста, его борода царапает мои бедра, а я пытаюсь что–либо произнести сквозь кляп.
Он бормочет в мои влажные складочки мое имя и слова:
– Ты моя. Вся моя.
Я чувствую жар, который проходит сквозь меня, когда его губы оказываются на мне. Его
слова взрываются в моей голове, заполняя меня до краев в тот миг, когда освобождение
вспыхивает во мне.
– Бен! О, Боже! – Крик рождается в моей голове в то время, как снаружи я дрожу под
завесой эйфории.
Это как бег на длинную дистанцию – состояние эйфории у бегуна. Я настолько наполнена
энергией, все еще парю на волнах блаженства, в омуте эндорфинов. Он, наверное, видит,
что меня трясет от моего оргазма, но, что он не знает, так это то, что я держу свои секреты,
которые я очень сильно хочу рассказать ему.
– Беннетт. – Произношу его имя про себя. Смакуя буквы его имени на языке, повторяя
снова и снова, сжимая пальцы, потираясь о его рот, поглощающий меня.