южный акцент. Это из–за того, что мы только что испытали один из невероятно сильных
оргазмов, известных человечеству, и когда он приподнимает голову на несколько
сантиметров, наши взгляды снова встречаются, и я ощущаю снова прилив чувств, которые
пронзают мое сердце.
Никто никогда не смотрел на меня так, как делает он. Настоящий первобытный голод и
взгляд собственника, я закрываю глаза, боясь, что он увидит все, что я чувствую и не могу
скрыть. Кусочки меня – миллион разбившихся осколков, и я удивлена тем, что он не
приказывает мне открыть глаза. Я чувствую его пальцы на моем лице, скользящие по
щеке. Он расстегивает пряжку и на долю секунды, я боюсь, что будет, когда он вынет кляп,
те эмоции, находящиеся внутри меня, могут выйти из под контроля моего разума и
запросто слетят с моего языка, выдавая все, о я чем стараюсь умалчивать.
– Медленно... открой, – шепчет он. – Твоя челюсть может чувствовать некоторый
дискомфорт.
Он хватает несколько салфеток и вытирает мой подбородок. Я делаю так, как он велит, и
чувствую, что мой рот совсем не болит – я немного смущена тем, сколько слюней у меня
вокруг рта. Хотя нет... неправда, моя челюсть немного болит, пока я сжимаю его и
разжимаю.
Он слегка сдвигается, запустив пальцы в волосы, пока его глаза прослеживают вдоль
веревки, которая удерживает меня связанной в его постели. Я вижу, как сжимаются
мышцы его челюсти и мне становится интересно, о чем он думает. – Прекрасно, – говорит
он мягко, – я ведь не могу держать тебя здесь вечно.
Также аккуратно, как и когда он связывал меня, его пальцы развязывают первый узел на
моем запястье, разматывая веревку и возвращая чувствительность моим онемевшим
конечностям. Как только я освобождаюсь, я осознаю всю иронию происходящего, что я
вовсе не свободна. Вокруг моих запястий остались следы и вижу, как он гладит своими
руками кожу на моих запястьях, нежно шепча мое имя, будто произносит древнюю
молитву. Он становится на колени рядом со мной и у меня возникает чувство, что это он
склоняется в подчинении мне. На секунду я кладу голову на его плечо, он будто тщательно
собирает меня по кусочкам, кусочкам, соединенным между собой шелковой веревкой и это
выбивает из колеи.
– Дай я, – говорит он и тянется к бутылке, стоящей на тумбочке, до сих пор я даже не
заметила ее. Он проводит пальцами по следам на мне, оставленным веревкой. Так что, я
единственная, кто пытается держать себя в руках.
– Это было невероятно, – говорю я, отчаянно пытаясь говорить так, чтобы не дрогнул мой
голос.
Глава 17
ВОТ ВЕДЬ БЛ*Ь.
– Джонатан Ричер прибыл на встречу с вами, – сообщает мне сотрудник по интеркому и я
стискиваю зубы. Я избегала его с тех пор, как послала анонимные письма Джексу. Я
должна поговорить с ним и выяснить, будет ли он продолжать свои разоблачения. Черт
побери, я мельком смотрю на свой сотовый, затем оглядываю поверхность своего стола с
разбросанными по нему файлами, заметками и письмами. Если сказать, что у меня много
работы – это ничего не сказать. Все наше утро, в стенах офиса Беннетта, было кувырком и
весь этот переполох все еще продолжается.
– Я сейчас буду. – Сейчас одиннадцать и Джон должен быть в офисе Джекса. После
выступления президента час назад, с объявлением о том, что ведутся переговоры и будут
сняты запреты на торговлю с Кубой, наш многоканальный телефон завален звонками. За
последние двадцать минут мы все «навалились», чтобы помочь ответить на поступающие
звонки.
Когда я вхожу в приемную, лицо Джона мрачнее тучи. Наши взгляды встречаются и он
становится еще мрачнее. Хрень. Двойная хрень. Неужели его уволили из офиса Джекса? Я
не хочу, чтобы это случилось.
– Эй, давай пройдем в мой кабинет, – говорю я, здороваясь с ним, чувствуя себя жалким
предателем.
– Кабинет? – Он горько смеется. Его тон настолько резок, что сотрудник, сидящий за
рабочим столом Норы, бросает на него взгляд.
– Сюда, – я указываю ему направление, наклонив голову и воздерживаясь от того, чтобы
открыть перед ним дверь, что смутило бы его. Мы идем в тишине, и я будто бы могу
чувствовать гнев, который исходит от него, словно искрящееся электричество. Мы входим
в мой кабинет, где я жестом указываю ему на стул. – Все в порядке?
– Мы завтракали с Брук. – Он запускает руку в свои непослушные волосы и я вижу, как