наша семья была счастлива. Мы не раздуваем скандалы. Распространять слухи не лучший
вариант. Будь осторожна на этом поприще, дорогая.
– Звучит как угроза, бабуль. – Я бросаю взгляд на Беннетта. Он разговаривает с мужчиной,
кем–то из кабинета Кастро.
– Глупость, не так ли. Я обещаю. Позвони мне, Ксавия. – Бабушка похлопывает деда по
плечу. – Стэн. Помогите мне, сэр.
Слово «сэр», произнесенное моей бабушкой словно нож, вонзающийся мне в голову. Нет.
Совершенно не то значение, в каком я использую его с Беннеттом. Я пытаюсь вспомнить,
сколько раз она произнесла его, но не могу мыслить здраво.
– Послушай свою бабушку хотя бы раз. – Резко прерывая мои мысли, дед берет меня за
руку и сжимает. Поддавшись его очарованию, он смотрит на меня холодным взглядом. –
Потребовалось достаточных усилий, чтобы ты оказалась здесь. Не ты одна поставила все
на карту. Мировая экономика нестабильна. Пора взрослеть, Ксавия. Не упускай эту
возможность. – Его слова, словно лед медленно проникают в меня.
Я не могу притворяться, что не потрясена, когда я ищу его лицо и пытаюсь понять, к кому
он говорит слово «усилия» и мое место здесь.
– Мистер и миссис Стилман, – говорит Беннетт, стоя рядом со мной. – Это был
замечательный вечер.
– Сенатор Стоун, – отвечает дед в то время, когда они с Беном жмут друг другу руки. –
Мы крайне впечатлены Вашими результатами и Вашим будущим. Мы поговорили с Вице–
президентом и скоро встретимся с Вами.
Это больше похоже на политическую любезность, то же банальное дерьмо, которое я
слышала сегодня и я ненавижу эту часть игры. Бабушка слегка обнимает меня, также как и
дед. Я чувствую их пристальный взгляд, молча одевая свою накидку. Когда мы прощаемся,
у меня нет слов, я растеряна и не могу уйти из Белого дома достаточно быстро.
***
– Это вовсе не мое воображение, – говорю я Беннетту, когда он въезжает в подземный
гараж отеля «Франклин». – Мои бабушка и дед участвуют в каком–то...заговоре.
– Что ты имеешь в виду? – спрашивает он, пока паркует машину на месте,
принадлежащему номеру, которым он владеет. Номером, куда он приводил своих саб и я
снова мои мысли возвращаются к вопросу, который я задала ему о сенаторе Уорнер и на
который он отказался ответить, были ли они любовниками?
– Я не знаю. Это внутреннее чувство.
Снаружи было темно, но внутри меня было еще темнее...тьма со всей ее грязной ложью и
грязными секретами, которая лезла из всех щелей быстрее, чем я могла с ней справиться.
Я подавляю дрожь при мысли о президенте, моих бабушке и дедушке, возможно, Вице–
президенте...сколько еще таких, как они плетут интриги в этой исковерканной
политической шахматной партии?
– Если ты не уверена, почему бы нам не поговорить о чем–то конкретном? – Он открывает
свою дверь, прежде чем я могу ответить. Что я могу сказать, не разжигая огня?
Открыв мою дверь, он берет мою руку и тянет меня вверх. – Ничего конкретного. В этом и
проблема, – отвечаю я.
– Но кое–что всплыло наружу. И ты все еще утаиваешь от меня что–то.
Я не отвечаю ему. Не только я одна утаиваю.
– Правительственные обеды никогда не бывают скучными, разве это не твои слова? – В
его голосе проскальзывает издевка. Я смотрю в его задумчивые глаза, в которых появился
намек на гнев, в этих его зеленых глубинах. Он медленно моргает и взмах его темных
ресниц настолько притягателен, как никогда прежде.
– Было очень сложно. Но пребывание рядом с моей семьей в течение пяти минут может
привести к этому. Трудно сказать. – Я напоминаю себе, что совсем не время выдать все
мои секреты.
– Но у тебя есть свое мнение, – отмечает он.
Мы подходим к частному лифту и, когда мы останавливаемся перед полированной
металлической дверью, я бросаю на него взгляд. По крайней мере, я настолько разгневана,
насколько я себя чувствую, гнев для меня как спасательный круг, который держит меня
вместе, а не дает распасться на части.
– Мы можем подождать, пока не поднимемся наверх, чтобы обсудить, что произошло?
– Никаких проблем, как ведь пожелаешь. – Двери плавно скользят, открываясь и Беннетт
жестом предлагает мне войти.
Обычно к этому времени он прижимал меня к стене лифта, врываясь своим языком мне в
рот, сжимая в кулак мои волосы и предоставляя самое лучшее в моей жизни. Но не
сегодня. Мы стоим рядом друг с другом, наши плечи не соприкасаются.
Он приглашает меня выйти из лифта и вот мы стоим перед дверями номера люкс. Внутри