– Хреново им.
– Серьезно, Бен. Они хотят, присутствовать на том шоу, которое ты и Мисс Иксес
сотворили прошлой ночью. На кону приличные деньги.
Я не какой–то там кусок мяса. После того, как меня похитили и удерживали против моей
воли, я закрываю глаза и отказываюсь вспоминать то дерьмо, через которое я прошел.
– Б*дь, я когда–нибудь продавался?
– Черт, такого предложения больше не будет. Не позволяйте гордости встать на пути! Мы
могли бы совершить взаимообмен. Поставить нашу собственную охрану вместо того,
чтобы быть обязанным начальству.
– Я не единственный, кто хотел, чтобы Орел был у нас в гнезде. У тебя ничего нет на меня.
– Есть, спорим на твой член, ублюдок, – рявкает он, но я не реагирую.
Я не позволю чему–либо вывести меня из себя. Я никогда не позволял, но Джексон Картер
узнал всего лишь несколько нелицеприятных фактов из моей гребанной жизни. Понятия
не имею как. Все записи в полицейском участке отсутствуют. Мой отец сделал все, чтобы
скрыть это, но каким–то образом Джексу удалось что–то раздобыть, так же как и
получается у меня. Мы – это те, кто специализируется на получении достаточного
количества сведений о тех, кто находится рядом с нами, чтобы быть уверенными, что они
будут молчать. Наверное, поэтому мы с ним закадычные друзья.
– Хватит нести чушь. – Я снова смотрю на окна квартиры Ксавии. Они темны и мое
сердце начинает колотиться. Она в постели. В безопасности. С ней все в порядке. Сейчас я
могу включить передачу и уехать.
– То, что вы сделали... я не могу описать словами ту суматоху, что вы устроили. Устроить
представление на сцене. Я никогда не видел столько раздраженных людей. Они были
готовы штурмовать коридор, требуя, чтобы мы сняли дверь с петель.
– Хорошо, что этого не случилось, – я сухо отвечаю. Мои мышцы напряжены. Впервые в
жизни страх вспышкой медленно проползает сквозь мое подсознание. Словно
предчувствие, что что–то ужасное может произойти... а потом оно исчезает.
– Кстати, этот поступок, в конце концов, был гениальным. Но, дерьмо, попробуй сказать
это агентам Секретной службы, которые готовы пройти сквозь стены. Эти ублюдки из
кожи вон вылезут, чтобы прославить себя. Они готовы отдать свои жизни. А что такое
дверь? – Он мрачно смеется.
Я ощущаю, как мои внутренности стягивает узлом. Второй раз менее, чем за десять
секунд. Ощущение словно меня сейчас вырвет!
– Ну, раз уж мы заговорили о сведении, – я произношу это серьезно. На самом деле, кровь
глухо пульсирует у меня в висках. – Я, недолго думая, отменю наше бесстрашное
членство, если он сам или кто–либо еще аннулирует мои полномочия!
– Только ты у нас с яйцами, кто просто может допустить возможность сделать подобное.
– Более, чем просто допустить. Я серьезно, Джекс. Либо мы оба будем настаивать на этом,
либо мы все в жопе. Мы владельцы этого клуба. Ответь мне честно, чей приказ ты будешь
выполнять? – На этот раз, у меня явное ощущение, что между нами возникла трещина в
нашем понимании как управлять клубом. – Чей? – Я еще раз повторяю, когда он не
отвечает мне сразу.
– Бенедетто Антонио Стоун, – серьезно говорит он. – Я не буду удостаивать этот вопрос
ответом. Что с тобой? Может быть, это реальная проблема, которую необходимо решить.
Я застываю. Джекс единственный человек (кроме моей мамы), который постоянно
использует итальянский вариант моего имени, чтобы сделать замечание. Что бы она
подумала о Ксавии, будь она жива? Наверное, обожала бы ее. Я сжимаю челюсти от
резкой боли в моей груди.
– Похоже, у нас у обоих сегодня утром не будет ответов на вопросы.
Он тяжело вздыхает, и я знаю, что мы оба закоренелые полуночники.
– Возвращаясь назад к делам Дома. Может, нам, возможно, следует нанять менеджера по
расписанию?
– Опять ты об этом? – сейчас у нас есть водители, охрана, обслуживающий персонал,
сотрудники, обслуживающие прилегающую территорию, команда уборщиков, бухгалтер,
запасная группа для проведения представлений, и несколько консультантов. Наша
компьютерная система позволяет членам клуба проводить онлайн–планирования. – Тебя
не устраивает то, как у нас все организовано сейчас? – ворчу я.
– Потому что все у нас чересчур забронировано и не доукомплектовано. Время в той
комнате, в конце коридора, которой вам посчастливилось воспользоваться, сейчас плотно