Грузный мужчина, что сидел напротив меня, был в отчаянии, но помочь ему был не в силах. Хотя, если говорить откровенно, помочь мог, но только не ему. Разве может нормальный человек, отец, распоряжаться жизнями своих детей по собственному разумению? Появился шанс поправить бизнес — не задумываясь, отдал замуж дочь, которая сейчас на грани, настолько её довели в чужой семье. Возник второй аналогичный вариант, не вспомнив, чем закончилась прошлая история, решил буквально обменять младшую дочь на финансовую помощь. И ладно бы то были соотечественники, нет. Нашёл каких-то чучмеков из Средней Азии. Не отец, а работорговец. И жена его не выдержала — подала на развод и на раздел имущества. Не удивился бы, если бы и эту женщину придурошный бизнесмен продал кому-то за вознаграждение.
— Вячеслав Викторович, — пробубнил мужчина. — Я всё понял. Но как мужчина мужчине, что можете посоветовать?
— Как мужчина? — еле сдержался, чтобы не сказать прямо в лицо, что первым желанием у меня было набить ему морду и вытолкать из кабинета пинками… — Как мужчина я не помел бы насильно выдать дочь за нелюбимого человека. Ладно, сделали, но сейчас, именно как мужчина, сделайте то, что Вам посоветовал — заберите старшую дочь из семьи, в которой она терпит унижения и издевательства. Хотите её смерти? Я сказал — месяц и будет поздно. В возможной трагедии будете виноваты именно Вы, никто другой. Начните хотя бы с этого. Может быть и младшая, увидев сестру в безопасности, поймёт, что Вы изменились. Тоже самое касается и супруги. Всё зависит только от Вас. Уверен, наладите личную жизнь, и дела у Вас пойдут в лучшую сторону. Не надейтесь на других, не помогут, да я Вам об этом уже сказал, чего повторяться. Извините, время закончилось. Я и так проговорил с Вами полчаса сверх отведённого лимита. Через пятнадцать минут у меня назначена встреча с другим человеком.
— Ясно… Что ж, благодарю за советы. Буду думать.
Услышав традиционную фразу, которая звучала если не от каждого, то через одного точно, проводил посетителя и с наслаждением вымыл с мылом руки и умыл лицо. Не хочется говорить с кем, скорее, с чем только не приходится общаться. Очень мерзко на душе. Хочется надеяться, что третий на сегодня клиент будет нормальным.
Услышав шум в холле, выглянул. Понятно, Настя примчалась. Увидел на лице девушки улыбку и немного расслабился.
— Как у тебя, нормально? Никому из преподавателей лицо не испортила?
— Как можно, Вячеслав Викторович, — девушка выпрямилась и села в кресле словно первоклассница, сложив руки на коленках. — Я девушка воспитанная, понимаю, что в учебных заведениях себя следует вести правильно. Нельзя никого бить и грубить старшим.
— Молодец. Хорошо, что в голове есть понимание. Обедала?
— Да, перекусила в кафе, а Вы?
— А я вот не удосужился. Заказал обед на двоих, но всё ждал, когда ты придёшь, чтобы вместе пообедать. Ладно, раз не хочешь, сам себе подогрею в микроволновке.
— А я не сказала, что есть не хочу. Перекус — это не обед. Вы отдохните, я сама всё сделаю.
— Как скажете, Анастасия Николаевна, буду безмерно благодарен.
Увидел в глазах непонимание происходящего, но раз начали с вечера играть в странные игры, пусть так и продолжается. Интересно, кто из нас первый не выдержит? Уверен, это буду не я.
- -
Через несколько минут Настя принесла сначала обед, затем и папку очередного клиента. Посмотрел — мужчина моих лет. Инженер-компьютерщик. Много путешествует, занимается фотографией, спортом. Не женат. По крайней мере, нигде с одной и той же девушкой не засвечен. Рядом всегда новые лица. Симпатичный, но в лице есть что-то отталкивающее. Что ж, через полчаса увижу что это фрукт и с чем его едят.