-Вы - мои самые близкие друзья. Я всё готова ради вас сделать. Я же понимаю, Лады нет две недели. Ты извёлся весь.
Данила молчал, желание возвращалось, фотки, лёгкая доступность, отсутствие Лады - всё против него.
-Помолчать можешь? - грубо спросил он.
Амина притихла.
Мама встретила их возле ворот. На участке имелось небольшое строение. Такие воздвигались вместе с постройкой самих дач ещё в сорок шестом году. Две комнаты, метров десять каждая, и умывальник с туалетом, с одной стороны, а гараж с другой. Комнаты централизованно отапливались, но вода была лишь холодная. Амину мама разместила в этом домике. После чего показала их жильё и перечислила обязанности.
Данила помог папе добраться до любимого кресла. Папа потихоньку восстанавливался, ходил плохо, волочил одну ногу. Руни следовал за ними. Они устроились на веранде, Руни лег, положив голову на ноги Даниле. Папа начал обсуждать последние события в стране. Данила не поддержал тему, объяснил, что папе, с его сердцем, телевизор вовсе смотреть не нужно. Амина принесла чай, она переключила внимание на родителей и старалась изовсех сил понравиться им и угодить.
Когда Амина убежала на кухню за салфетками, мама сказала:
-Восточная женщина. Из таких хорошая прислуга получается.
-Она мне нужна в офисе. Поживёт несколько дней, пока я найду подходящего помощника.
-Амина нам подойдёт, коротко сказала мама. Поищи лучше в офис кого-то.
-Мама, совсем нет охоты спорить. Давай поговорим об этом позже.
*****
Лада вернулась в Москву. Дома никого. Амина ей писала, и Лада знала, где Данила и Руни. Они не общались две недели, с момента её отъезда к маме. Данила категорически настаивал, чтобы она не ехала. Лада не послушала. Двое гордых: ни один не позвонил первым. Лада - специально: проверка, если не позвонит, значит - всё. Данила не знал, что сказать. Выяснял, как у Лады дела через Амину, но просил не сообщать, что интересуется. Лада расспрашивала Амину и тоже по секрету.
Лада собирала вещи, потом плакала, снова собирала вещи, снова плакала. Но другого выхода не видела.
Какое-то дежавю. Она не первый раз пакует вещи. Но в этот раз уходила не в пустоту, а всё продумала.
Сафар берёт её в свою строительную фирму. Лада уже освоила программу и хорошо умеет составлять сметы. Сафар несколько раз оплатил её услуги. У него работа, которую можно выполнять вечером и в выходные, совмещая с обучением на дневном. Данилу боялась сказать, что подрабатывала. Все деньги оставила маме. Амина, через знакомых Сафара, сняла на хороших условиях квартиру возле метро Щелковская, и сразу дала ключи Ладе. На вопрос: "Можно ли у неё пожить?" - восторженно кричала в телефон: "Конечно. Могла бы и не спрашивать". Вместе снимать будет легче. Она постарается забыть Данилу, а если не сможет и он - судьба, то они встретятся.
Рядом с Данилой она так и не смогла ощутить себя полноценной, не удалось дорасти до нормального общения. Разрыв слишком велик и не один год понадобится, чтобы они смогли говорить на равных. А её устраивают только отношения на равных. Сейчас она чувствует себя подобранным щенком, заставляя Данилу краснеть перед друзьями за её промахи. А главное - не ссорить с родителями. Для неё невозможно попросить отказаться его от родителей, они обеспечили его успешный старт в этой жизни. Он их любит. Мама её не признаёт. Зачем мучаться всю жизнь?
Лада вспомнила, что год назад готова была жить с Данилой на любых условиях - лишь бы вместе. Оказывается нет. Это невыносимо портить жизнь любимому и чувствовать себя причиной этого. Да, она любит. Он тоже любит. Но будущего нет - ссоры, непонимание не позволят его построить.
Лада написала записку. Позвонить не хватило духу - услышит голос и останется.
"Наши отношения не имеют будущего. Нам надо пожить отдельно, чтобы понять… Ты свободен.
PS Руни могу взять к себе.
Лада".
Она закрыла двери.
Провидение. Часть 7.
-Я ушла от Данилы. Сафар, на работу возьмёшь?
Лада сидела в гостиной, рядом с Сафаром.
-Конечно беру, - обрадованно обещал Сафар. - Я же тебе говорил. Мне и сметы надо составлять и помощница бухгалтеру нужна. И вообще, можешь у нас пожить.
-Спасибо, я с Аминой договорилась.
-Я не хочу, чтобы ты одна оставалась, а Амина - за городом.
-Я знаю. Вы со Светой мне, как родители. Греюсь от невзгод у вас.