Это была долгая речь, но у мамы хорошо получилось.
— Так это означает, что они действительно знали про Ториного п… — глаза Торины блеснули, и я выпалила: — Графа?
— Да, они позволили ему начать этот безрассудный квест взамен на его помощь в обретении желаемого. Граф приведет к ним Торина, а это даст доступ к тебе и Эрику.
— Значит, нам надо его убить, — с жаром сказал Эндрис.
Ингрид охнула, чем привлекла внимание всех, но она смотрела только на Эндриса.
— А может тебе надо встать и взглянуть на общую картину, прежде чем делать выводы. — Взгляд, которым она наградила Эндриса, говорил, что речь шла уже совсем не о Графе.
— На что тут смотреть-то? Он принял неверное решение, и теперь будут последствия.
Ингрид подскочила.
— Ты идиот. Убьешь его, и его душа будет навеки связана с его женой. Мне надо выпить. — Она выбежала из комнаты.
Ладно, это было неожиданно. Ингрид и Нью-Йорк тут были не при чем. Эндрис насуплено посмотрел ей вслед, но не пошел за ней. Пошла Лавания. Теперь я совсем запуталась. Лавания на дух не переносила Ингрид.
— Ингрид права, — согласилась мама. — Связь между этими двумя должна быть разорвана прежде, чем Граф отправиться в иной мир. Тебе понадобиться могущественное заклинание, чтобы сделать это.
Торин замер на месте.
— Рейн не занимается колдовством. И я не хочу, чтобы она приближалась к Графу.
— Вообще-то я хотела предложить обратиться к одной юной и сильной ведьме, которой Рейн помогла. Она была обучена одной знакомой Графа.
Его взгляд смягчился.
— Но Норны сказали, что ведьмы могут быть на стороне Графа.
— Не верь тому, что говорят эти хрычовки, — предупредила мама. — Особенно, когда они играют в Плохого тире Хорошего копа. Ты же знаешь, что они повышают свои шансы на нападение, когда та хорошая, что обычно противостоит остальным, вдруг берет лидерство на себя. Именно в этот момент твой защитный инстинкт должен сработать. Ложное ощущение безопасности успокаивает тебя, и к тому моменту, когда ты осознаешь, что она была лидером все это время, ты будешь полностью в ее власти.
Вот дерьмо. Я такая дура.
Торин подсел ко мне ближе и пристально на меня посмотрел, пока я не подняла глаза.
— Что такое?
— Кэти, хорошая Норна, проделала это со мной сегодня. Она вела себя так, будто отобрала права лидера у Мардж, и я купилась на это. Ручаюсь, это они послали мне те видения. — Даже хуже, они заставили меня подозревать Эрика. Напуганная, я посмотрела на маму. — Что все это значит?
— Это означает, что, вероятно, они лгали тебе, чтобы ты поступила в точности так, как им нужно, — ответила мама. — И я полагаю, они знают, кто вызвал сюда ведьм и зачем.
Я содрогнулась, все еще пытаясь сложить все вместе из сказанного. Эти три карги одурачили меня. Торин погладил мою спину. Его тепло передалось мне, медленно унимая дрожь.
— Должна быть какая-то причина, раз они хотят, чтобы она кинула все силы на поиск Эрика, а не Графа, — сказал он.
— Они видимо нашептывают ему указания в ухо, — предположил Эндрис. Он посмотрел на дверной проход, увидев, как зашла Лавания, держа за руку Ингрид. Она чуть кивнула, и Эндрис слегка улыбнулся ей в ответ.
Я оставила попытки понять, что за драма тут разыгралась между этими тремя.
— Так мы будем искать Графа?
— Да, только я не хочу его смерти, — сказал Торин.
Пораженная, я посмотрела на него.
— Что? После всего, что он сделал…
Торин чуть улыбнулся кончиками губ, взгляд его оставался серьезным.
— Как только мы освободим душу моей матери, я хочу, чтобы он прочел вечность, зная, что я отобрал у него единственное, чего он желал. Если он захочет покончить с собой, то поступит как все Бессмертные и Валькирии, которые выбрали смерть, темная душа будет скитаться по этому миру, пока не превратится в ничто.
От его слов у меня прошелся холодок по спине. Выбор бессмертия несет за собой определенные последствия. Рагнарек будет определенно желаемым событием для них. Не удивительно, что боги не собирались предотвратить его. Они жили уже тысячи лет, но, в конечном итоге, они умрут. А Бессмертные нет, если только не уйдут восвояси или перестанут использовать руны. Интересно, нужно ли им разрешение, чтобы перестать пользоваться рунами, и как долго они проживут потом.