- Я не понимаю о чём ты, – Корделия продолжала изображать дурочку, или она не изображать вовсе.
- Да, брось ты, я ведь не осуждаю. Прикидываться святошей передо мной тебе не нужно, оставь все эти трюки для нашего общего мужа, – сказала с насмешкой Беатриче, – Я не столь наивна. Я к этой истории отношение не имею, а значит это сделала ты. Больше некому. Мне просто интересно, как ты этого добилась? Карл выгнал её на следующий же день, когда узнал о её беременности. У неё всё лицо было заплаканным и разбитым. Я ликовала, когда смотрела в её несчастные глаза.
- Ну~у, уметь надо, – с улыбкой до ушей пропела вампирша. Она налила из графина немного вина и подала бокал Беатриче, которая уже уселась на краешек кровати, – Я подкупила врачевательницу. Мешочек наполненный до краёв золотом очень сильно помог ей раздобреть. Она сразу же согласилась помочь мне в этой небольшой пьеске. Она подтвердила то, что она беременна. Врач сказала ему, что у неё срок три недели, хотя на тот момент его вовсе не было в особняке, – Корделия не знала о том, что Александра на самом деле является девственницей. Однако, это не помешало ей подобрать подходящий момент для того, чтобы унизить её в глазах их общего мужа. Вампирша была уверена, что, если срок беременности не будет совпадать со временем прибытия Карла в замке, то он незамедлительно вышвырнет её из своего дома, обвинив в измене. По сути всё произошло так, как она и планировала.
- А, как же тогда те симптомы беременности? – слегка удивлённо спросила Беатриче, – Разве её не тошнило по утрам? Как ты всё это провернула?
- Убедить Карла было не трудно. Он так сильно на ней помешан, что даже мысль об её измене может расколоть их брак. Я всего лишь воспользовалась ситуацией. Мне стоило лишь подтолкнуть его, как Карл сам всё сделал. Он без промедления выгнал её. Ну что ж, туда ей и дорога. Мы обе этого хотели, разве нет?
- Так то это так, но всё-таки, как ты это провернула?
- Я подлила ей тем утром в завтрак специальную настойку. Она вызывает симптомы беременности, на время конечно, но это хватило для того, чтобы разрушить всю их “любовь”, – насмешливо похихикала последнее слово Корделия, как бы смеясь и злорадствуя. После они обе рассмеялись. Они праздновали свою победу над ясновидящей. Теперь её нету в замке, и больше она им не мешает. Они были полностью уверены в том, что отныне Александра никогда не вернётся обратно, и что она больше не представляет угрозу их планам.
Они были так рады этому, что даже не заметили, как их намеренно подслушивает Шу. Мальчик делал это, встав на одно колено на крыше прямо над окном, ведущего в спальню Корделии. Он был осторожен, делал всё, чтобы его не заметили. Окно её балкона было открыто, поэтому ему даже не нужно было применять большие усилия, чтобы услышать их разговор. Тем более, если учесть, что он вампир. Он с самого начала заподозрил в этой истории большой подвох, как и остальные дети. Они не хотели верить в то, что их мать каким-то образом замешана в измене. Все они видели, как сильно любит Александра их отца. Это не может быть ложью. Дети считали, что они должны помешать коварным планам своих родных матерей сбыться, и что они обязаны вернуть их Александру обратно во дворец.
Паренёк с небесными глазами, как только дослушал разговор, то тут же исчез перед этим презрительно фыркнув в сторону двух женщин в комнате. Нужно было рассказать об услышанном братьям, а уже после решить, что делать дальше.
На следующий день в особняк Сакамаки приехал весьма неожиданный гость.
- Всем приве~ет!! – громко и, как всегда, экстравагантно появилась на пороге Нагиса. Она всегда любила ошарашивать окружающих. На её лице светилась, как и прежде, радостная улыбка во всю харю. Никто не ожидал её приезда.
- Тётя Нагиса? – спросил невинным голоском Канато. Он спустился вниз самым первым. После пришли и все остальные жители особняка, в том числе и Корделия с Беатриче. Там были все, кроме Карла.
- Здравствуйте мои зайчики, а ну ка обнимите свою тётушку, – она начала тискать каждого из пятерых мальчиков, а после того, как закончила, пройдя мимо заносчиво стоящих рядом двух первых жён своего брата, она начала оглядываться, будто ища кого-то, – А, где Александра? – дети потупили взгляд, – Наверное, она сейчас с моим братиком, да? Ой, они такие шалуны, не могли потерпеть до ночи! Вот, что значит любящие сердца! – завизжала на весь дом вампирша, при этом от чего-то краснея. Корделия лишь фыркнула в её сторону.
“Хех и не надейся. Я вытурила эту девку из дома.”
- Тётя, мамы сейчас здесь нет, – печальным голосом произнёс мальчик-вампир в очках.
- Мм? Она уехала? – спросила Нагиса задумчиво.
- Нет… эээ…, – Аято замялся. Он не знал, что сказать. Нагиса посмотрела на него взглядом полным замешательства и интереса.
Кабинет Карла Хайнца:
Король вампиров сидел за своим рабочим столом и задумчиво смотрел на своё обручальное кольцо, украшенное жемчужиной. Он печально улыбался.
Вдруг внутрь резко влетела Нагиса. Кажется она была весьма раздражена.
- Как ты мог?! – заорала на весь кабинет злая девушка.
- С-сестра? – Карл с расширенными глазами поднялся со своего места. Он был обескуражен, – Что ты здесь делаешь?
- Оставь свои любезности для своих шлюшек-жён, а мне будь добр отвечай по существу, – резко остановила его вампирша. Карл, поражённый столь яром напором своей сестры, продолжал стоять за своим столом, будто каменное изваяние, – Я спрашиваю тебя снова: как ты мог так поступить с Александрой?! – лицо короля в миг стало серьёзным.
- Прошу, Нагиса не устраивай истерики. Ты ничего не знаешь, – в его голосе проскальзывали грубые нотки. Кажется он не был намерен обсуждать столь личный вопрос со своей взбалмошной сестрёнкой, – Не лезь в наши с ней отношения. Это не твоё дело.
- Нет! – однозначно и громко крикнула Нагиса. Карл аж очумел от столь явного прессинга с её стороны, – Ваши личные дела действительно меня не касаются, ведь в конце концов вы законные супруги. Поэтому ты прав, это действительно не моё дело, однако только не тогда, когда дело касается её. Как ты мог так оскорбить её?!
- О чём ты, Нагиса? – его глаза блеснули недобрым огоньком. Его уже начинал злить этот разговор.
- Мой брат не был таким чёрствым, не был таким эгоистом! – прокричала она с уже появляющимися слезами в глазах, – Как ты мог поверить во всю эту клевету, а не своей собственной супруге! Разве не ты говорил об огромной любви к ней?! Где теперь твоя любовь, о которой ты так много говорил?!! – она подбежала к нему и со всей силы ударила по лицу, да так сильно, что его лицо резко повернулось в сторону, а на щеке была виден красный отпечаток, – Мой брат не был так слеп и жесток, – он с расширенными глазами посмотрел на неё. По нему не было понятно злится ли он, ведь он и не думал о том, что Нагиса осмелится его когда-нибудь ударить.
Его брови недовольно сдвинулись к переносице, – Нагиса, ты многое себе позволяешь. Александра изменила мне и даже умудрилась завести в тайне от меня ребёнка.
- Это она тебе так сказала? Она призналась в измене? – она явно не собиралась сдаваться. Она всё ещё смотрела с осуждением на своего брата.
- Нет. Она вообще ничего не сказала, – задумчиво ответил вампир. Только сейчас он осознал то, что он не дал ей даже оправдаться толком, – Да и зачем ей что-либо говорить? Врач сказал, что она беременна, хотя у меня никогда не было с ней близких отношений, – он всё ещё продолжал гнуть свою линию. Тоже мне жертва!
- И, что? – разъярённо закричала Нагиса, – Какая разница, что сказала какая-то старуха?! Ты видимо вообще не рассматривал такой вариант, что она могла просто ошибиться, да? Как ты мог не выслушать Александру?! Вместо того, чтобы доверять своей возлюбленной, ты ни в чём не разбираясь прогнал женщину, которую любил из-за каких-то слов полоумного врача, – Нагиса была так зла. Она сильно кричала. Ей даже плохо стало из-за всего происходящего, – Ты хоть понимаешь, что ты наделал?!!! Поверить не могу, что ты даже не удосужился её выслушать, а самолично вынес ей вердикт, при этом толком даже в ситуации не разобравшись. Ты поверил словам посторонних, а девушку, которую называешь любовью свей своей жизни, даже выслушать не захотел! – она кинулась на брата с кулаками и, плача, начала бить его в грудь, при этом постоянно повторяя, – Как ты мог! Как ты мог! Как ты мог!