— И все же. Так нельзя! Это неправильно. Подай мне, пожалуйста, халат. Не могу я же стоять тут перед тобой в таком виде.
— Почему это вдруг? — наигранно удивился парень, подавая вещь. — Мне очень даже нравиться твой вид. Кстати, а почему твой халат весь в грязи?
— Ну, я неудачно вышла на свежий воздух, — стала оправдываться я, не желая вдаваться в подробности.
Иначе, если Грем узнает, что я пошла одна искать того, кто был источником шума, то по головке он меня точно не погладит. Попутно пытаясь хоть как-то отряхнуть грязь с халата, который с горем пополам одела. Ведь Грем даже не сделал попытки отвернутся или показать, что не смотрит на меня. Ему не было неловко или что-либо в этом духе, в отличие от меня.
— А вот, что тебя привело сюда, да еще и посреди ночи? Вот это вопрос! — продолжила допытываться я, чтоб хоть как-то сгладить свою неловкость.
— Вот…. А теперь подумай, почему ты это поняла, да так вдруг… неожиданно? Внезапно, я бы даже сказал!
Я пригладила растрепанные сосульки волос и немного призадумалась, уставившись на парня.
— Не знаю! — вдруг осознала я. — Что-то случилось?
— Именно так…. Я проснулся от чувства опасность, которая грозила непосредственно тебе. Прибежал сюда, так как в твоей комнате было пусто, услышав сильные всплески воды. Ты лежала в ванной и захлебывалась в ледяной воде. Твой дар решил, что именно сегодня он проявиться снова, невзирая на обстоятельства. Глаза у тебя были, как и в прошлый раз, белые (абсолютно без зрачков). Именно поэтому понял, что у тебя опять началось видение. Естественно я вытащил тебя из ванны. И, прости, мне некогда было заботиться о твоей девичьей стыдливости в тот момент. Я потом как мог, так и прикрыл тебя.
Я смущенно стала перебирать ногами.
— Спасибо тебе большое, что не дал мне захлебнуться. Я чувствую, что горло еще болит. Видимо откашливалась сильно.
— Да. Я придержал тебя, чтоб вода вся вышла из легких. Но пока ты кашляла, дар в тебе не умолкал в это момент ни на секунду. И ты говорила, но понять, что именно я так и не смог. Только последнее слово: «идут».
Я округлила на него глаза.
«Неужели все-таки мои предположения были верны, и они уже в пути»?
Мне стало страшно. Грем увидел это и ободряюще улыбнулся.
— Не бойся ты так. Все будет хорошо. Предупрежден — значит вооружен! Правда? Тем более вы с девочками уйдете из монастыря.
— А как же вы? — я неожиданно, даже для самой себя, задала вопрос.
— А мы постараемся остаться в живых и защитить «Источник», если ты об этом. Не волнуйся за нас. Мне ведь хочется тебя вновь увидеть.
И он многозначительно посмотрел на меня, одетую лишь в грязный халат, зная, что под ним скрывается. Я постаралась не замечать его горящих глаз. В этот момент он выглядел так необычно. Словно дикий кот, вышедший на охоту. Только с тем, которого я видела сегодня, этот ни шел не в какое сравнение.
Здесь явно ощущалась сила охотника, его умение и грация. Если он захочет, то не оставит своей жертве не единого шанса на спасение. Благо Грем прекрасно понимал, что здесь и сейчас этого не стоит делать. Посему сидел, не двигаясь, лишь внимательно разглядывая меня. Я же чувствовала себя в этот момент, как птичка, загнанная в силки. Одно неосторожное движение и меня поймают. Поэтому стояла, боясь даже пошевелиться.
Грему эта игра доставляла удовольствие. Он видел, что я трепещу, стоя рядом с ним. Неожиданно, он заговорил. Я даже вздрогнула от его бархатного голоса.
— Я забыл кое-что, — вставая, начал говорит он.
— Что? — изумилась я, не понимая, что он будет сейчас делать. А он лишь подошел ко мне ближе.
— Попросить у тебя прощение, за свое поведение. Я знаю, что обидел тебя. Мне очень жаль. Прости меня!
Он посмотрел мне прямо в глаза, но попытки дотронутся, не делал. Медлил. Толи нарочно, толи не хотел меня испугать чем-то большим.
— А! Это! Хорошо. Прощаю. Чего уж там, — нашлась, наконец, я и решила, что больше рядом с ним не выдержу ни секундочки. Поэтому, спешно обойдя его, направилась к выходу, попутно продолжая говорить ему. — Я думаю, что нам пора расходиться, пока утро не настало. А то много вопросов потом возникнет, почему это мы тут вдвоем торчим. Мне, конечно, стоит пойти сейчас же к деду. Вот только что говорить — не знаю. Мне ведь никак не удалось хоть что-то полезное узнать. Точнее тебе услышать. И что вообще ведение могло означать?
— Я предполагаю, видение говорило, о том, что чужаки уже идут к нам. Они отправились в свой путь, в поисках «источника».