Пока Светлана летела с колбасой к любимому, в кабинете прокурора Лучан Алмаза Байженова шел обычный в данных условиях для работников правоохранительного профиля разговор, но для работников других сфер деятельности этот разговор был весьма странным:
-А кого я вместо него туда засуну?! Уже вторая неделя пошла, а там все пусто было!
-Да Антон тут вообще не причем! Ни мотива, ни возможности у него не было убить Шурыгина! И я что-то пока не услышал ответа на вопрос о причине его смерти? Может, голова закружилась, и он слетел с крыши! И кто вас надоумил Антона подозревать?
-Подружка его, блогерша эта, как ее, Радулова! Показала, что он попросил ее об алиби на ночь убийства.
-Вот коза! А что ж вы ее алиби тогда не проверили? Раз они врозь были, то где она эту ночь провела?
-Карпухин! Если ее в обезьянник засунуть, то вони - не оберешься! Не дай Бог, она пришила учителя, мы же не расхлебаемся! Эти оппозиционеры нас со всем добром сожрут!
-А болтают, что она Шурыгину чуть голову не разнесла! И это как раз перед праздниками было.
-Может, врут? А может, и не врут! ...значит так, насчет парня решай со следователями, но в обезьяннике должен кто-то быть, хоть кто! Или я вам зарплату не выдам, голодные легавые след быстрее возьмут! А то вы все помидоры трескаете, а работать - кто будет?!
Выйдя из прокурорского кабинета, Карпухин с недоумением спросил у дежурной Дильназ Вельде:
-Какие помидоры вы тут трескаете?
-Да вы же сами мне их притащили - целый тазик, сказали, Дарья Сергеевна передала. А он сам тоже их трескает и больше всех!
-Кто?
-Байженов! Вы представляете, он их с сахаром ест! И ест, и ест, разнесет скоро! А был такой красивый мужчина...
-Сахар ему для мозгов нужен, а иначе ему в Лучанах не усидеть! А мужчина он не красивый, а видный! - вступился за прокурора пробегавший мимо полицейский.
-Я и говорю - красивый! А, может, и вам помидоры с сахаром есть, товарищ капитан, а то вы не спите совсем и соображать хуже стали. Зачем Антона в обезьянник засунули? - удивлялась Дильназ - Бедный парень, и все из-за старой лупы, да кому она нужна?! Отец его уже два часа тут сидит, сколько ему еще ждать?
Карпухин быстро подошел к Анатолию Козинскому и сочувственно сказал:
-Да отпустят его скоро, не волнуйся! Мы со следователями допросим его под протокол и отпустим. Никто его ни в чем не подозревает.
-Правда? Слушай, Карп, а за хулиганку его не привлекут? Он же ударил Шурыгина!
-Да нам бы хоть эту кашу с убийством расхлебать, так что не до жиру ...и не трясись, если привлекут, то только по административке.
-Спасибо, друг! Век не забуду!
А в это время еще один весьма активный участник прошедших сумасшедших событий в Лучанах вылезал из проходящего поезда на перрон - Николай Птушко, помолодевший от любви и одухотворенный плодами современной российской театральной культуры, он в сопровождении двух серьезных мужчин среднего возраста направился к сквозному вокзальному входу-выходу в родной город. Хорошо известная нам Маргарита по фамилии Бочкина, позабыв про свои должностные обязанности работника российских железных дорог, заметалась между прибывшими пассажирами, стремясь объять необъятное - освободить свой внутренний мир от переполнявших его новостей последнего выпуска, чтобы наполнить его уже свежей информацией из новых источников:
- Николай! Ты, что, за вещами вернулся? Петр Иванович, как девчонки, поправляются? А ты, Тимофей, какими судьбами у тебя ж еще вахта не закончилась, жена вытребовала?
-Все нормально! Дай пройти! Некогда нам, скоро обратно надо ехать - сурово и лаконично ответил Тимофей Туушканов, действительно вытребованный своей супругой Анной досрочно с вахты в Тюменской области для помощи в уходе за Викой и Кристиной, и жестко настроенный ею же на неусыпный контроль будущего зятя. Почему зятя? Да потому, что никаких надежд на отца Вики - Петра Ивановича Лобова у Анны давно уже не осталось, и она наконец-то полностью взяла на себя все материнские права и обязанности над подружкой своей родной дочери, а веры к Николаю Птушко она не испытывала никакой.
-А у нас тут такое... - залпом кричала все новости вслед мужчинам Маргарита Бочкина.