-Меня же посадят! Его жена заездила, а мне в тюрьму?! Я работаю на трех работах! Деньги у меня есть, не бойся! А колбаса у меня хорошая - Яцко сам коптил, без этих усилителей магазинных - чеснок с перцем и все! И защитить меня не кому, чекисты куда-то подевались, только ночевать приходят, и то не всегда. На тебя одна надежда, милый!
-Помогите! Полиция! Убивают! - задыхался спасатель Фирюзы.
-Да ты попробуй, не пожалеешь! Еще кралю попросишь! - настырно убеждала его колбасная мастерица.
-Спасите! Газы! - уже хрипел мужчина в чесночном дурмане.
-Господин Витюшкин! Вы же на работе, там люди в обезьяннике ждут, а вы ушли. Кто их защищать будет? - вовремя подоспел Алекс Вельде - Чего это с вами? Фирюза, ты что творишь?! - поднатужившись, старший лейтенант полиции разорвал порочный колбасный круг и, не удержавшись, откусил кусочек знаменитого творенья гражданки Абакумовой - Хороша колбаска! Только чеснока многовато, хотя некоторые любят поострее. Фирюза!
Но хулиганки и след простыл, только каменный вождь пролетариата с хитрой усмешкой наблюдал за своим коллегой - адвокатом из соседнего с Лучанами города господином Витюшкиным Арнольдом Аристарховичем, прибывшим прошлым вечером по звонку Алмаза Байженова, весьма озадаченного лихорадочной активностью местных полицейских - неужели, правда поверили, что зарплаты не будет при пустом обезьяннике?!
Алекс Вельде под руку повел чуть не задохнувшегося адвоката обратно в городской отдел полиции, а тот шел и бормотал сначала медленно и отрывисто, а потом все громче и образнее:
-Достали... свихнулись... подлая старуха... уже двенадцать часов работаю и все без перерыва! Я есть хочу, только не эту чертову колбасу, брр! И чего вы все их допрашиваете?! У меня уже голова кружится от этих рож! А последняя скотина у меня сигареты отобрала! Все, хватит! Не пойду, не заставите! Дались мне эти деньги! Им не адвокат, им психиатр нужен!
-Да это Воркута, он с алкоголизмом и курением борется. А остальные все пьют и курят, так что не волнуйтесь! Вы же независимый юридический советник, а документы на оплату мы оформим. Давайте, пойдем!
-К черту все! А когда Ляпины приезжают? - интересовался про местных адвокатов, укативших в Крымский отпуск, Арнольд Аристархович.
Наиль Равильевич устало опустился на стул и мысленно дал себе слово ближе пятнадцати метров не допускать к себе эту злостную хулиганку и матершинницу Фирюзу, прикинув, что с такого расстояния она колбасу до него точно не добросит. Но общественный и личный долг не отпускал посланца губернатора и, обреченно вздохнув, Гонсалес набрал телефонный номер приемной лучановского мэра и попросил как обычно плачущую Марибэль, связать его с Арменом Арсеновичем Агабебяном. Дело в том, что Наиль Равильевич настроился дать последний и решительный бой коммунизму, ленинизму, сталинизму, развитому социализму - короче, всему советскому прошлому, и либо погибнуть, либо победить во славу демократии, свободы и личного совершенствования! Но, может, еще поживете, Наиль Равильевич?
А ураган с женским именем Фирюза продолжал нестись по маленькому городку - в приемной мэра бедная Марибэль заливалась слезами в три ручья в ответ на доброту и отзывчивость неугомонной хулиганки:
-Запомни! Жена всегда в праве, а любовница - что останется, тому и рада! Наталья свой дом в порядок приводит - Алевтину уже потрепала, как следует, сама видела - ее Дарья Варенец в больницу повезла, сейчас Мишке твоему мозги на место вставит! И тебе пора за ум браться, не девочка уже, чтоб по ночам прятаться с чужим мужем. Да и вообще, чего ты с ним связалась - не любишь ведь, а сам он Наталью никогда не бросит. И хватит реветь, лучше послушай, что умные люди тебе говорят!