-Армена не было на похоронах, да и из Окуловых никто не пришел. А чего это Алину давно не видно, заболела, что ли?
-Да ты что, Юль, все ж знают, она с родителями поссорилась и из комнаты не выходит. Саша! Тащи пироги на стол - готовы.
-А твой Антон чего на кладбище не пошел? Слушай, Валентина! Тебе какая невестка больше нравится столичная или наша?
-Ой, теть Даш! Да уж хоть какую-нибудь дождаться бы! Укатит в Москву и внуков не будет.
-Астра ни в жены, ни в невестки не годится, да и любовница из нее не вышла - Фирюза болтала, а чему удивляться - она ж на вид чистый унисекс, да и по дому ничего не умеет, ну а какой мужик голодать согласится и на кухне и в постели!
-Ну и язык у тебя, Александра! В мегаполисах так, вроде, не говорят, в Лучанах научилась?
-Не говорят, там все изтолерантились до того, что как зовут соседей по подъезду, не знают! А я все хочу знать!
-Ой, правда! В маленьких городках и дышится свободней, и люди добрее. А вы, Дарья Сергеевна, о чем задумались?
-Да вот спросить тебя хочу, Юля - зачем Степан ту пьесу написал и зачем читать ее на людях стал?
-Я не знаю, Дарья Сергеевна! Но с ним что-то произошло в начале лета, он злой стал, капризный, ко всем цеплялся, а иногда как побитая собака выглядел.
-Точно! В нашем городке происходят жутко странные вещи! Вот хотя бы с Алевтиной - куда ее волосы делись?! Шурыгин забрал, что ли? А этот, с розовым беретом, из Испании приехал?
-А ты у мужа спроси, Саша! Только накорми сначала хорошенько - и там, и там.
-Ладно, девочки! Заканчивайте тут, а я пойду за Марибэль - что-то она долго с цветами возится.
-Да, Дарья Сергеевна... Странно, разве Марибэль не знает, что Наталья не придет?
-Ну, Санька! Доведет тебя язык твой - и точно не до Киева!
-Ты главное в Индию не целься, а то Карпухину туда ну никак нельзя!
Дружный хохот разорвал пространство Варенцовской беседки - женщины с подлинной симпатией вторили друг другу; ведь делить им и завидовать было нечего и некому, потому как каждая была замужем и хозяйкой в собственном доме.
Причем тут Индия? Так и быть, расскажу, но по порядку - когда Анатолия Козинского выгнали с завода, черная полоса наступила и в жизни Карпухина, его самого сократили, а точнее, тоже выгнали с работы, и причиной послужило его давнее обучение в школе милиции. Карпухинский сокурсник, Александр Александрович Корытов, как раз занял пост начальника лучановской милиции, а если тоже точнее, то временно исполняющего эти самые обязанности. И так ему хотелось исполнять их постоянно, что обасурманился гад прямо-таки до неприличия - возомнил себя Чинзисханом и давай измерять своих подчиненных по рукоятке монгольской плетки - в смысле кто ее выше, тому смерть. Ну а голова Карпухина выше всех торчала, потому как ни у кого больше милицейского образования не было, вот и пришлось экс-менту заняться физическим трудом.
Чингисхан Корытов, утвердив за год свое право на ханский престол, подался отдохнуть от трудов не праведных за границу - правильно, в Индию! И как рассказывала позднее подругам его жена Галина Владиленовна, в самолете разговорился с одним худым очкариком по имени Марк - о чем она не слышала, потому, как крепко спала из-за разности часовых поясов, но из самолета муж вышел уже очень задумчивым и молчаливым. А после отпуска и тоже в самолете в аэропорту Нью-Дели он отдал ей два коротких письма, но сам остался в Индии. Ошеломленная женщина всю дорогу домой перечитывала эти письма, но так ничего и не поняла, и никто не понял, только Фирюза высказалась: " Нашел себе там бабу, а жену про запас держит!". Но может быть и не все так просто - почитайте сами:
Первое письмо - Начальнику УВД от майора Корытова А.А.: нахожусь в отпуске в Индии, планирую задержаться с целью духовного и физического оздоровления, насколько не знаю, Родину не предам, служебную тайну сохраню; прошу выдать денежное довольствие вперед насколько можно, я обязательно вернусь. Майор милиции Корытов.
Второе письмо - Галя! Я тебе не изменял, дождись меня; мне надо стать буддой, а ты представь, что все вокруг не настоящее и тебе будет легче - я уже представил; не волнуйся за меня - мы с Марком поедем на Тибет в монастырь Цурпху, буду звонить, деньги с карты заберу половину. Я тебя люблю. Александр.
И вот уже три года Галина Владиленовна терпеливо ждет своего будду, лишь изредка получая от просветляющегося мужа коротенькие сообщения. Но, видно, не так-то легко им стать - в смысле буддой этим; а, может быть, и нет. Ведь подрастает же в фамильном доме Корытовых маленький сорванец, тоже Александр Александрович, упрямый и лобастый, как и его отец; не иначе сознание Будды пробудилось в провинциальном городишке и, сжалившись над соломенным вдовством начальника службы занятости города Лучан, спасло ее жизнь и разум от депрессии и безделья. Хотя, Фюрюза упрямо утверждала, что два года назад своими ушами слышала и своими глазами видела майора милиции Корытова в его доме, спорящегося с женой по поводу своего психического здоровья, но ведь сам Будда говорит, что весь мир - это иллюзия, и доступен он лишь сознанию просветленного.