Глава 19
На следующий день я был в универе во всеоружии. С утра успел забежать и расписаться в получении зарплаты, пополнив свой карман на очередные десять тысяч, и впервые за всё время эта новость не вызывала у меня никаких эмоций. Половина, как обычно, сразу уйдёт родителям, и мне останется жалкая пятёрка, но мысли тогда были заняты совсем другим. Крутились вокруг одной единственной папки, которую крепко сжимал в руках.
Нынешняя зарплата — это, конечно, хорошо, но будущее всё же важнее.
За пятнадцать минут до назначенного времени я уже сидел возле кабинета декана физкультурно оздоровительного факультета кафедры физического воспитания, и откровенно нервничал. Костюм, точнее, штаны с рубашкой и цветастым галстуком пришлось собирать чуть ли не всей комнатой. Ринат где-то откопал для меня строгие чёрные брюки, Паша отдал собственную белую рубашку с короткими рукавами, а Дима… Дима торжественно вручил мне жёлтый галстук в красный горошек. Выглядел он, да и я, откровенно нелепо, но не идти же к декану с предложением открыть секцию в спортивном костюме или футболке.
Так что, пока сидел и ждал, у меня появилось время как следует осмотреть приёмную. Она выглядела неожиданно современно там, где, судя по запахам и внешнему виду, всё замерло ещё в советской эре. Светлые стены, кожаные кресла вдоль окон и застеклённый шкаф с аккуратно расставленными папками и файлами, рядом с которым сидела молодая секретарша. Она то и дело быстро набирала текст на клавиатуре компьютера и отвлекалась лишь тогда, когда звонил телефон.
Я устроился на одном из кресел и положил папку на колени. Внутри лежало всё, над чем мы работали с Аней последние две недели. Заявление, программа студенческого кружка, пояснительная записка, моё резюме, диплом, согласие на обработку данных… Даже список литературы с учебниками Митчелла и Барраля, если у декана возникнет вопрос, откуда черпал знания методики УРС-1. В общем, всё, что потребуется для того, чтобы его убедить.
В груди возникло странное ощущение, будто я собирался втюхать декану промышленный пылесос по заводской цене из каталога «Всё для дома». Дешёвый наряд продавца среднего звена, папка с документами на коленях и приёмная человека, который держал в ежовых рукавицах весь факультет.
Глубокий вдох и техника квадратного дыхания позволили немного успокоить нервы, но пальцы всё равно предательски дрожали. Нужно успеть привести себя в порядок, так как мой внешний вид должен соответствовать тому, что собираюсь представить декану. А пока содержимое моей папки выглядело куда более презентабельно чем я.
Короткий вдох и выдох. Я закрыл глаза и в голове всплыли последние наставления Ани: «Главное, веди себя уверенно и не пытайся доказать ему, что ты врач. Ты хочешь стать руководителем студенческого кружка, не более того. Плюс никогда не употребляй слово „лечение“. Твоё главное оружие — это обтекаемость фраз: коррекция двигательного стереотипа, профилактика и физкультурно-оздоровительная деятельность.»
Я лишь улыбнулся и открыл папку. Титульный лист выглядел почти официально:
Студия коррекции движений. Программа студенческого физкультурно-оздоровительного кружка. Руководитель: Смирнов Алексей Николаевич.
Ну и угораздило же меня пытаться стать руководителем кружка. Правда, от него сейчас зависело моё будущее, так как если декан подпишет согласие, то Капустин лишится своего главного козыря, а если откажет… Нет, этого не произойдёт, я не позволю!
Вдруг дверь кабинета открылась, и наружу вышел пухлый преподаватель с плотной папкой документов, поблагодарил декана и быстро направился к лестнице. Секретарь подняла глаза от компьютера и обратилась ко мне:
— Смирнов Алексей Николаевич?
Я сразу поднялся.
— Да, это я.
Она доброжелательно улыбнулась.
— Михаил Борисович освободился, проходите, пожалуйста.
Пальцы крепко сжали папку, сердце пропустило удар, а я проглотил вставший в горле ком и переступил через порог кабинета, мысленно перебирая, с чего бы начать.
Осторожно прикрыл за собой дверь и оказался в неожиданно просторном кабинете. После прокуренной берлоги Капустина, где даже у кубков и наград, такое ощущение, что начал развиваться рак лёгких, это место казалось совершенно иным. Большие окна пропускали серый декабрьский свет, вдоль стен тянулись книжные шкафы из вычищенного дерева, а между ними висели фотографии известных советских спортсменов и выпускников факультета.
Сам декан сразу произвёл на меня впечатление, и если раньше видел его лишь мельком в коридоре вуза или на торжественных мероприятиях, то, оставшись наедине в одном кабинете, он казался совершенно другим. На вид около пятидесяти лет, подтянутый, с коротким седым ёжиком волос и спокойным, цепким взглядом за толстой оправой очков. Пока они поднимался из-за стола, я инстинктивно отметил у него ровную осанку, раскрытую грудную клетку и свободное положение плеч.