Чёрт… Теперь Капустин узнает, что помимо Орехова я тесно общаюсь с Соболевой. Так что сейчас было идеальное время для того, чтобы оборвать все контакты со студенткой и больше не разговаривать никогда. Вот только прошлой ночью я купил пакет за пятнадцать очков и расписал её дальнейшее лечение.
Получается, я сам завёл себя в тупик.
— Алексей Николаевич, — послышался голос девушки в телефоне.
— Я слушаю тебя, Лена, слушаю. Ну и где ты хочешь встретиться? Ты ведь понимаешь, что я твой…
— Я всё прекрасно понимаю, Алексей Николаевич, — вдруг перебила меня Соболева. — Я просто хочу отблагодарить и всё. Парк Горького, скажем… Через часик?
Я мысленно прикинул маршрут. Если мои месячные познания по изучению карты метрополитена Москвы меня не обманывали, то от Бауманской до Горького минут пятнадцать, если не считать пеший ход. Ну и от самой станции ещё минут десять спокойным шагом. На то оно и выходит, минут сорок, максимум час.
— У меня есть выбор? — я усмехнулся в трубку.
— Нет! — звонко выпалила Лена. — Это моя соревновательная натура, Алексей Николаевич, ты её ещё узнаешь.
— Хорошо, Соболева, — согласно выдохнул. — Буду, ты только скажи, как у тебя с диафрагмой, были ли…
— Всё расскажу при встрече, — вновь перебила меня девушка и добавила. — Буду ждать у входа в парк.
На этом звонок оборвался.
Я ещё несколько секунд смотрел на экран, словно надеялся, что Соболева передумает и перезвонит с фразой: «Ладно, шучу, оставайся дома и читай свои книжки», — но звонка так и не поступило. Значит, придётся идти.
На сборы ушло минут двадцать. Душ, бритьё, чистая футболка и джинсы. По дороге к метро я успел заскочить в небольшую пекарню возле Бауманской и купить горячий пирожок с картошкой. Есть хотелось просто зверски. Организм явно намекал, что несмотря на глубокий ночной сон, правда, довольно короткий, одной диетой из чая сыт не будешь.
Уже через полчаса я вышел на Октябрьской станции метро и направился ко входу в парк. Лена стояла возле дорожки в светлых джинсах и лёгкой курточке, держа в руках стаканчик кофе. Её волосы были собраны в хвост, а на лице играла довольная улыбка человека, которому удалось провернуть маленькую авантюру.
— А вот и наш владелец чудотворных рук! — заметив меня, радостно объявила она.
— Прошу, не называй меня так, — ответил я, выглядывая Капустина среди похожих. — Добрый день, Соболева.
— Добрый день, Алексей Николаевич, — ответила она и улыбнулась.
— Как ты себя чувствуешь? — я сразу перешёл к делу. — Есть изменения после вчерашнего сеанса?
Лена демонстративно вдохнула полной грудью, привлекая к себе взгляды молодых парней и широко улыбнулась.
— Вместо тысячи слов, — процитировал я известный рекламный слоган.
— Давно мне так хорошо не было, — произнесла она и добавила. — Ну что, пошли гулять?
И мы пошли… Правда, уже через несколько минут я поймал себя на мысли, что смотрю не на Лену и даже не на прохожих, а с затаившимся в груди трепетом рассматривал Москву.
Странно, но я уже здесь почти месяц, а у меня так и не вышло толком узнать её поближе. Метро, общежитие, Бауманка и спортзал. Вот, собственно, и весь мой маршрут и все достопримечательности, которые мне удалось посмотреть. Сложилось такое впечатление, будто город существовал где-то на периферии зрения, а теперь вдруг навалился целиком.
Слева блестела река, за которой поднимались стеклянные коробки новых зданий. За ними вдали торчали высотки, похожие на декорации из фантастического фильма, и отовсюду на нас смотрела архитектура ушедшей эпохи. Люди, машины, здания, шпили Кремля, всё это казалось невероятно огромным, особенно для того, кто вырос в посёлке, где главной достопримечательностью была водонапорная башня.
Там если сказать человеку: «Встретимся возле магазина» никогда не возникала вопроса: «У какого?», так как магазин был всего один. Здесь же только в пределах одного взгляда помещалось больше зданий, чем в моём родном селе.
— Чего улыбаешься? — спросила Лена.
— Да так… — невольно бросил и продолжил смотреть на речку.
— Нет уж, рассказывай! — она дёрнула меня за руку, и я впервые ощутил тактильные изменения моего организма.
Я посмотрел на очередную группу китайских туристов, фотографирующихся на фоне Москвы-реки.
— Просто думаю, насколько всё здесь больше.
— В смысле? — спросила Лена, слегка выходя вперёд.