— А тогда зачем он мне нужен? — задала она логичный вопрос.
— А вот это уже объяснить в двух словах будет не так просто, — я чуть помедлил, собираясь с мыслями. — Мозг человека постоянно получает подсказки от тела о том, где находится каждая его часть, такая, как рука или нога, о том, как двигаются рёбра при дыхании, и какие мышцы сейчас работают. Эти сигналы у нас в подкорке, мы не осознаем их напрямую, да нам это и не надо, лишняя информация. Но после травмы эти сигналы могут поступать неправильно, а тело привыкает двигаться криво, даже когда причина нарушения уже исчезла. Просто по привычке.
Я слегка постучал пальцем по тейпу.
— А вот эта лента немного приподнимает кожу и постоянно раздражает чувствительные рецепторы. Мозг начинает обращать внимание на эту область и постепенно перестраивает движение. Поэтому ты будешь ощущать лёгкое натяжение при каждом глубоком вдохе, и это, в свою очередь, и будет напоминанием.
— Словно записка, которую читает нервная система? — спросила девушка, поглядывая на цветной пластырь.
— Можно и так сказать, а теперь поднимай футболку, будем её лепить.
Девушка демонстративно улыбнулась и стянула с себя верхнюю одежду, оставшись в одном бюстгальтере.
Кхм… Неожиданно и опасно.
— Соболева… — я огорченно выдохнул.
— Так будет удобнее. Скорее, а то я начинаю замерзать, — быстро проговорила она, поднимая руки.
Я не стал ничего говорить и принялся наклеивать первую полоску. Работать приходилось предельно аккуратно, чтобы ей, не дай бог, ничего такого не причудилось. Я наклеил ещё две полоски ближе к спине и несколько раз тщательно растёр их ладонью.
— И всё? А я-то думала… — прервалась она на полуслове.
— Да, — ответил я, внимательно осматривая работу. — Теперь попробуй глубоко вдохнуть.
Она осторожно провела кончиками пальцев по цветным полоскам и сделала глубокий вдох.
— И правда, тянет.
— Так и должно быть, я же говорил, что…
Не успел я и закончить, как интерфейс дал о себе знать коротким сообщением:
«Освоена новая методика.»
«Кинезиотейпирование рёберной дуги.»
«Награда: +1 очко.»
— Алексей Николаевич, — раздался голос Лены. — У тебя опять такое лицо.
— Какое? — спросил, мысленно отмахнувшись от окна.
— Когда уходишь в себя. Точно всё хорошо?
Одно очко за простую процедуру, которую выполнит и пьяный студент второго курса… Вот это уже интересно. Причём здесь явно дело не в количестве, а в самом факте получения за помощь подопечному. Получается, Система наставника всячески поощряет любые действия, направленные на улучшение состояния, даже на обычные процедуры. Это полезно знать.
— Я сейчас опять начну штрафы выписывать, — зло хихикнула Лена.
— Не надо, лучше ложись обратно, давай сразу контрольный сделаем, тем более, я хотел кое-что на тебе проверить. Станешь моей подопытной.
— Звучит подозрительно, — тут же прищурилась Лена. — Это опять какая-нибудь секретная техника, которой ты научился у тайных мастеров Шаолиньского монастыря?
— Ага, можно и так сказать. Только расположенного в Рязанской области, — улыбнулся и кивнул на раскладушку. — Ложись скорей.
— Не знаю, радоваться мне, что ты меня считаешь особенной, или начать переживать.
Пришлось положить ладони ей на плечо и силком уложить на раскладушку.
— Лучше меньше болтать. Расслабься.
Лена всё же послушалась и улеглась на раскладушку, привычно убрав волосы назад. На этот раз никакого смущения не было, и, кажется, между нами появилось то самое доверие, над которым работают несколько сеансов. Соболева спокойно ждала, пока я закончу приготовления, а сама с любопытством наблюдала за каждым моим движением.
Я придвинул табурет к изголовью и медленно подвёл ладони под её затылок, а затем секунду поколебался и свободную руку положил на область крестца. Всё по заветам дедушки Апледжера. Лена закрыла глаза и расслабленно выдохнула.
Несколько секунд не происходило абсолютно ничего, и я уже начал думать, что в первый раз мне повезло, как вдруг под пальцами появилась та самая заметная волна.
«Краниосакральный ритм обнаружен.»
«Частота — стабильная.»
Ещё раз здравствуйте. Я действительно чувствовал то, о чём раньше мог только читать, вот только почти сразу обнаружил одну заметную странность. Каждый раз, когда волна доходила до области нижних рёбер, её движение будто слегка спотыкалось. Совсем немного, но достаточно для того, чтобы заметить.