- Я думала, мы просто погуляем. А он привёл меня к мадам Фалурдель, мне там очень не понравилось. Я сказала ему, что ухожу домой. Феб был сильно пьян, он разозлился и попытался...
Я запнулась и покраснела.
- То есть Вы, уличная цыганка, обвиняете дворянина Феба де Шатопера - капитана королевских стрелков, что он попытался над Вами надругаться?
- Не обвиняю, а говорю правду.
- Что было дальше?
- Дальше... Мы боролись и оказались на полу. И тут я достала из-за пояса свой кинжал, которым ударила обидчика в спину.
- Зачем Вы носите оружие?
-Чтобы защищаться.
- Вам больше нечего сказать?
-Нет, Ваша Честь.
- Хорошо. Присаживайтесь на место.
Торжествуя, я вернулась на скамейку.
***
- Приглашаются свидетели со стороны обвинения.
Тут в зал вошла карга Фалурдель, да не одна, а с тем же самым мальчуганом (который, правда, был уже гораздо менее чумазый и лохматый) и, увидев меня, с ходу завопила:
— Ах, вот она! Эта ведьма! Узнаю её и её козла!
- Вы уверены, мадам? - обратился к ней некто из судебной коллегии.
- Абсолютно, монсеньор! Это все такая же правда, как то, что я мадам Фалурдель с моста Святого Михаила, где я живу уж 40 лет, аккуратно платя пошлины, оброки и подати. Теперь я — бедная старуха, а когда-то была красивой девушкой! Сейчас только и могу - дарить счастье другим... Однажды вечером я пряла около двери. Стучат. Спрашиваю — кто там? Кто-то ругается. Отворяю, входит красивый офицер. Вот что он мне сказал: "Дай нам келью святой Марты". Это моя верхняя комната, самая чистая из всех. Он мне дает экю. Я прячу экю в ящик и говорю: "Завтра куплю себе требухи на живодерне в Глориетте". Офицер был такой красивый, как настоящий аристократ... эх, была бы я моложе, этак, десятка на 3... И, как Вы понимаете, юноша был не один, а с красивой молодой девушкой — куколкой, которая засияла бы как звездочка, если бы ее приодеть. С ней был козел, большой козел, вот этот! Это заставило меня призадуматься. До девушки мне дела нет, но вот козел... Не люблю я этих животных — у них борода и рога. Как будто мужчины. Да и пахнет шабашем. Однако я ничего не говорю. Я получила экю. Ведь я
правильно рассудила, господин судья? Я проводила девушку и капитана наверх и оставила их одних, то есть с козлом. Сама же возвратилась вниз и снова принялась за пряжу. Надо Вам сказать, что дом мой двухэтажный и задняя сторона его обращена к реке, как у прочих домов на мосту, и окна из первого и второго этажа выходят прямо над водой. Ну вот, я принялась было за пряжу, и, не знаю почему, мне вдруг тревожно стало. Козел этот мне сразу не понравился, да и девушка показалась мне несколько странно одетой - еще и кинжал за поясом. Выглянула я в окно, а там мрачный монах - ходит под окнами, точно ополоумевший... То наверх смотрит, то глаза долу. А сам весь черный, в плаще и шляпе, глаза только, как угли, горят. Ну, думаю, демон, наверное. Решила я лечь спать, зашла к себе в комнату, и вдруг слышу наверху крик, что-то падает на пол, и затем открывается окно. Я бегу к своему окну, которое как раз под верхним, и вижу, как мимо меня мелькает какая-то черная масса подбегает к берегу, садится в лодку и уплывает. Это был тот призрак, одетый священником. Светила луна, и я его очень хорошо рассмотрела. Он поплыл в сторону Ситэ. Тогда, вся дрожа, я зову ночную стражу. Солдаты вошли, и так как они были навеселе, то, не зная, в чем дело, в первую минуту стали бить меня. Я им все объяснила. Мы идем наверх — и что же находим? Комната вся залита кровью, офицер лежит на полу с кинжалом в спине; девка сидит на кровати, притворяется статуей - скорчилась вся, запустила пальцы в свои длинные волосы и не шевелился (самой, видать, страшно стало, что натворила), а козел мечется в испуге.
"Вот так история, — говорю я, — теперь целых 2 недели не отмоешь пол. Придется скоблить — ужасно!" Бедного молодого человека, офицера, унесли, а девицу с козлом увели куда следует. Девка еще говорила, что защищалась, да только ей не поверил никто. Подождите. Самое худшее то, что, когда я на другой день хотела взять экю, чтобы сходить за требухой, я на его месте нашла сухой лист. Шарль, мой внук, не даст соврать!
Старуха умолкла. Ропот ужаса пробежал среди слушателей.
— Привидение, козел — все это пахнет колдовством, — заметил один голос из толпы.
— А этот сухой лист! — добавил другой.
— Нет никакого сомнения, — заключил третий, — Это колдунья, у которой стачка с "мрачным монахом", чтобы грабить офицеров.
Слушая речь старой ведьмы и замечания этих людей, я холодела от ужаса! Эта карга увидела Клода!