Представив Клода в роли сводника, что было слишком даже для самого извращенного ума, я хотела было вскочить с места и проклясть ненавистного Феба последними словами, но Пьер, что есть силы, удержал меня за руку.
- Успокойся, дорогая!
- Это вранье! - закричала я. - Гнусное вранье! Как он посмел?!. Это грязная клевета!!!
- Клевета на кого, мадемуазель? - уточнил один из судей. - На Вас или на мрачного монаха?
- На меня! - спохватилась я. - Никакого монаха не было! Клянусь, я была одна.
- А кого же, по-Вашему, видела мадам Фалурдель?
Я бессильно уронила голову.
- Не знаю...
- Минуту, - заметил мой возлюбленный, снова овладев собой. - Очень даже вероятно, что этот "мрачный монах" действительно существует, но он - демон, а не человек. Исходя из этого, понятно, почему его видела мадам Фалурдель, ведь, как нам известно, духи могут принимать человеческий облик. Верно, мадам Фалурдель?
- Истинная правда, монсеньор! - живо согласилась старуха. - У нас так и случилось!
- Вот видите, - продолжал мой любимый со свойственным ему красноречием. - Зачем "мрачному монаху" понадобилось бы красть экю?! Для него это слишком низко. О, у него была добыча получше - грешная душа Феба де Шатопера, погрязшего в бесконечном пьянстве, кутежах и прелюбодействе! Этот грешник, наконец, получил свое, когда демон в образе монаха заманил его будто бы на свидание с красивой девушкой, то есть с подсудимой, а сам вонзил в него нож и утащил его в ад!
- Стало быть, мэтр Клод, - переспросил судья. -Вы хотите сказать, что капитана заколол именно демон, а не цыганка?
- Именно так, я склоняюсь к версии, что капитана убил этот "мрачный монах", а девушка невиновна!
"Боже, он губит себя!" - с ужасом подумала я, глядя на любимого с бесконечным ужасом и обожанием.
- А почему тогда "мрачный монах" использовал в качестве орудия преступления именно её кинжал? - спросил Шармолю.
- Не могу знать, - спокойно ответил Клод. - Возможно, моя версия не так сильна, как хотелось бы, однако прошу сторону защиты приобщить мои показания к данному делу.
Я сидела, словно окаменев, и в глазах застыли крупные слезы. Ещё немного- Клод выдаст себя и попадёт на виселицу.
- Ну и дела, - качал головой изумленный Пьер.
Кажется, он все понял или, по крайней мере, догадывается...
- Сжальтесь надо мной, монсеньор Клод! - разрыдалась я. - Я же сказала, что я сама убила офицера, а не кто-то иной!
При этих словах Пьер нежно погладил мне руку.
- Моя подзащитная сильно взволнована, - заметил адвокат. - поэтому к данному вопросу мы еще вернемся.
- Принимается, - согласился Шармолю. - В таком случае, сейчас мы приступаем к допросу второй подсудимой!
***
Тогда они начали мучить Джали...
Жак Шармолю заговорил:
— Если угодно, господа, мы приступим к допросу козы.
Между тем прокурор духовного суда воскликнул:
— Если злой дух, который вселился в эту козу и который не поддается никаким увещеваниям, будет продолжать упорствовать в своих кознях, — если он ужаснет ими суд, то мы предупреждаем его, что мы будем вынуждены прибегнуть против него к виселице или к костру.
У Пьера выступил холодный пот, Шармолю взял со стола мой бубен и подал его особенным образом козе, спрашивая ее:
— Который час?
Коза посмотрела на него своим умным взглядом, подняла золоченое копытце и ударила 7 раз. Действительно, было 7 часов. Движение ужаса пробежало в толпе.
Пьер не выдержал.
— Малышка губит себя! — крикнул он. — Вы ведь видите, что она не понимает, что делает.
— Месье, прошу тишины, — резко приказал пристав.
При помощи такого же маневра с бубном Жак Шармолю заставил нашу Джали проделать еще несколько подобных фокусов, касавшихся дня недели, числа месяца, года и т. д., — словом, заставил козу проделать все, чему парижский зритель уже был свидетелем. И, что самое обидное, те же люди, которые сотни раз аплодировали нам на площади, теперь нас боятся.
Впечатление получилось еще более сильное, когда королевский прокурор, высыпав на пол из мешочка, висевшего у Джали на шее, содержавшиеся в нем подвижные буквы, заставил козу копытцем сложить из рассыпанной азбуки роковое имя: "Феб". Колдовство, жертвой которого пал капитан, казалось неопровержимо доказанным, и в глазах всех я, столько раз очаровывавшая прохожих своими танцами, превратилась в ужасную ведьму.
- Как видите, - заключил прокурор. - Прежде, чем убить капитана, ведьма навела на него порчу.
-Будь ты проклята, цыганка! - зазвучали злые голоса.
- По-моему, её вина вполне доказана! - торжественно объявил Шармолю.
***
- Однако же, я считаю необходимым выслушать сторону защиты, - объявил председатель.- Слово предоставляется адвокату подсудимой.